Константиновский рубль — одна из редчайших российских монет. Изготовлена на Петербургском монетном дворе в небольшом количестве во время декабрьского междуцарствия 1825 года. Известно о существовании пяти экземпляров с надписью на гурте и трех — с гладким гуртом; из них в настоящее время известно местонахождение соответственно трех (в музеях) и одного (в частной коллекции). Особенность монеты заключается в необычной истории и крамольном характере её создания. Замалчивание самого факта существования монеты привело к появлению различных версий и легенд, которые способствовали привлечению интереса к константиновскому рублю.
На начало 2016 года три монеты находятся в музеях — Эрмитаже, Государственном историческом музее в Москве и Смитсоновском институте в Вашингтоне. Остальные пребывают в частных коллекциях. Константиновский рубль является также одной из самых дорогих монет Российской империи. На аукционе 2004 года в Нью-Йорке он был продан за 550 тысяч долларов США, а на аукционе в 2021 году Вагит Алекперов приобрёл его за 2,6 млн долларов США.
Экстраординарный интерес и стоимость данной монеты обусловили появление большого количества подделок. Самыми знаменитыми из них являются т. н. «рубли Трубецкого», отчеканенные на Парижском монетном дворе по заказу князя А. В. Трубецкого.
Описание Рубль отчеканен из серебра, масса 20,73 грамма. На аверсе монеты изображён профиль Константина Павловича; легенда гласит: Б[ожьей]. м[илостью]. Константинъ I имп[ераторъ]. и сам[одержецъ]. всеросс[ійскій]. 1825. На реверсе монеты — государственный орёл и легенда: Рубль. Чистаго серебра 4 золотн. 21 доля. Текст надписи на гурте: сер. 83 1/3 пробы 4 зол. 82 14/25 доли.
Создание
История создания константиновского рубля тесно связана с историческими событиями 1825 года в Российской империи. 19 ноября 1825 года в Таганроге умирает император Александр I. Все ожидали восшествия на престол Константина Павловича. Будущий император Николай I уже через час после получения новости о смерти брата принёс присягу Константину. И только вдовствующая императрица Мария Фёдоровна и ещё несколько человек знали, что находящийся безвыездно в Варшаве с 1815 года Константин отрёкся от престола ещё в 1822 году. Вскоре был вскрыт манифест Александра I 1823 года, согласно которому наследником назначался Николай. Также через великого князя Михаила Павловича был получен категорический отказ Константина от престола. В это время отказавшемуся от трона человеку присягнули столица, Москва и вся огромная страна. В лавках стали продавать портреты императора Константина I. Напряжение достигло крайней точки, когда в день, назначенный Николаем I для «переприсяги», прогремело восстание декабристов.
В двухнедельный период между 27 ноября, когда в Санкт-Петербурге узнали о смерти Александра I, и до 12 декабря, когда было принято решение о «переприсяге», на монетном дворе столицы началась работа по изготовлению пробной монеты императора Константина, хотя никакой безотлагательной необходимости в этом не было. На монетах Александра отсутствовали признаки принадлежности правителю. Из внутренних соображений император отвергал все образцы портретных монет. Монетный двор мог продолжать выпуск существующих монет как ни в чём не бывало — и так поступал в дальнейшем.
Идея возвращения к монете с портретом, именем и титулом главы государства принадлежала министру финансов Российской империи Е. Ф. Канкрину. У чиновника были веские причины опасаться опалы после воцарения Константина. В 1813 году, будучи генерал-интендантом 1-й Западной армии, Канкрин защитил жителей одного города от злоупотреблений военных. Возникший конфликт с братом императора Константином чуть не вынудил Канкрина подать в отставку. Потребовалось личное вмешательство М. И. Кутузова, чтобы замять скандал. Фельдмаршал заявил, что если цесаревич Константин будет пытаться устранить необходимых ему людей, то он сам подаст в отставку. В 1824 году Канкрин вежливо отказал Константину. Брат императора просил оказать содействие некоему генерал-майору П. Н. Дьякову и его братьям. В письме он обращался к министру со словами: «…прошу Вашего превосходительства не оставить оказать к удовлетворению просьбы их Ваше содействие…». Канкрин, внимательно разобравшись в вопросе Дьяковых, ответил, что их просьба вызвана не заботой о крестьянах, как было заявлено, а стремлением нажиться за счёт государственной казны. Проведя соответствующие выкладки, он внешне почтительно, а по сути, с иронией, спрашивал, не будет ли его позволения доложить этот вопрос лично императору. Эти и другие причины возможной опалы способствовали личной заинтересованности министра в изготовлении портретных рублей, чтобы отличиться перед новым императором. Выпуск рубля с изображением Константина был не единственным его угодническим шагом перед предполагаемым императором в период междуцарствия 1825 года.
Работу по созданию монеты министр финансов поручил медальеру Петербургского монетного двора Я. Я. Рейхелю. Рейхель был не только медальером, но и техническим руководителем типографии по печати ассигнаций (Экспедиции заготовления государственных бумаг), а также страстным коллекционером-нумизматом. С Канкриным его связывали не только деловые, но и дружеские отношения. Министр сочувственно относился к увлечениям своего подчинённого и приятеля.
Объём работы по подготовке новой монеты показывает, что она должна была начаться вскоре после 27 ноября. Для того чтобы вырезать один штемпель подобной сложности, требуется от семи до десяти дней усидчивого труда. До 12—14 декабря, когда продолжение подготовки денежных знаков императора Константина стало бессмысленным и могло привести к неприятным последствиям для её инициаторов, была полностью завершена пара штемпелей, вторая — близка к завершению и начата третья. Одному человеку выполнить это за 2,5 недели не под силу. Это свидетельствует о том, что у Рейхеля были помощники. После провала восстания декабристов любое воспоминание об императоре Константине «было упоминанием верёвки в доме повешенного». 19 декабря на Монетном дворе была проведена «зачистка», во время которой были уничтожены следы работы над пробной монетой.
Появление рубля Шуберта
Автор монеты и страстный нумизмат Рейхель отдал Канкрину не все монеты. При этом ему ничего не оставалось, как хранить их в строгой тайне. Константиновский рубль не был упомянут в каталоге его коллекции 1835 года. В начале 1850-х годов Рейхель стал испытывать финансовые трудности. Он был вынужден продать свою коллекцию Эрмитажу (без уникального рубля). Через год после смерти Рейхеля в 1857 году в двух заграничных изданиях был опубликован каталог коллекции Ф. Ф. Шуберта с описанием константиновского рубля как принадлежавшего ему уникума. После того, как коллекция Рейхеля перешла в собственность государства, собрание монет Шуберта считалось лучшей частной нумизматической коллекцией Санкт-Петербурга.
Шуберт писал, что «пробный рубль, отправленный в Варшаву с депутацией Сената для предоставления на утверждение Константину Павловичу; штемпели были разбиты непосредственно после этого» в одном издании и «Пробная монета, поднесённая великому князю Константину в Варшаве в промежуток времени между смертью Александра I и 14 декабря» во втором. При этом автор ничего не говорил о том, как монета попала в его коллекцию. Версия Шуберта вызвала целый ряд сомнений в её достоверности. Во-первых, отсутствовали данные о небывалой сенатской комиссии к жившему в Варшаве великому князю Константину. Во-вторых, незаконченная монета без гуртовой надписи не должна была попасть к новому императору. Да и необходимость в такой спешке отсутствовала. Канкрин и Рейхель, которые могли подтвердить или опровергнуть версию Шуберта, на момент опубликования каталога Шуберта скончались. Монета вызвала интерес не только среди нумизматов, но и в великосветском обществе. Счастливцы видели оригинал, другие — изображение в альбоме и появившиеся вскоре гальванопластические копии.
В 1866 году, через год после смерти генерала Шуберта, барон Б. В. Кёне изложил историю таинственной монеты, больше похожую на детектив. Кёне вместе с Рейхелем был учредителем Археолого-нумизматического общества и претендовал на положение непогрешимого знатока в нумизматике. Среди учёных барон не вызывал симпатий, так как был склонен к стяжательству. Его страсть к чинам и орденам являлась предметом насмешек петербургского общества.
История Кёне состояла в следующем. Монета не изготовлялась на Монетном дворе, а была «частной работой» Рейхеля. Получив устное разрешение Канкрина, медальер, «работая день и ночь», изготовил единственную пару штемпелей. Он настолько спешил, что не стал делать кольцо для нанесения гуртовой надписи и тайно отчеканил у себя в Экспедиции пять монет, которые и показал Канкрину. Три из них были немедленно отправлены в Варшаву к Константину. В ночь с 13 на 14 декабря Канкрин вызвал Рейхеля и приказал уничтожить в его присутствии штемпели, а обе оставшиеся монеты были тут же расплавлены. Далее Кёне объясняет историю рубля Шуберта. В 1830 году во время польского восстания дворец Константина был разграблен мятежниками. Монеты попали в оборот. Какой-то неназванный русский генерал обнаружил в игорном доме Бад-Хомбурга у своего соседа по игорному столу необычную монету, которую и выменял на обыкновенные деньги. После смерти неведомого генерала этот константиновский рубль приобрёл Шуберт. Заканчивал свою статью барон словами (что слышал, то и передаю).
По своей сути Кёне пересказал «салонный» миф о константиновском рубле 1830—1840-х годов. Эта сомнительная история об уникальной и сомнительной в политическом плане монете восходит к доверительным «рассказам вполголоса» Канкрина и Рейхеля. Ведущий специалист по русской нумизматике Эрмитажа И. Г. Спасский объясняет наличие этих слухов интересами Канкрина и Рейхеля. Рейхель приписал себе одному инициативу по созданию пробных рублей Константина на случай возможных неприятностей для министра финансов Канкрина. Версия об уничтожении штемпелей и отсылке монет в Варшаву была «ложью во спасение», дабы отвлечь внимание высокопоставленных нумизматов, которые могли досаждать министру просьбами о получении монеты к себе в коллекцию. Просьба отчеканить новодельную монету даже не противоречила законам Российской империи, так как запрет на их изготовление был введён только в 1890 году.
В версии Кёне сомнение, кроме «чудесного» нахождения константиновского рубля в игорном доме курортного городка Германии, могли вызвать невозможность чеканки монеты в Экспедиции, то есть типографии, и возможности плавления серебра в кабинете у министра. Однако именно эта версия происхождения рубля Шуберта, во многом из-за отсутствия свидетелей, которые могли бы подтвердить её или опровергнуть, оставалась общепринятой вплоть до 1873 года.
Рубль Трубецкого
Первоначальная версия В 1873 году появилась изданная в Марселе в 40 экземплярах брошюра князя А. В. Трубецкого «Rouble de Constantin cesarewitch grand-duc de Russie». В ней он отвергает версию Кёне и предлагает собственную. Согласно Трубецкому, в 1867 году, когда он находился в Марселе, ему поступило письменное предложение купить некие раритеты, при условии сохранения в тайне имени инициатора сделки. Предложение Трубецкого возвращать корреспонденту его письма, сделав перед этим фотокопии без адресов и имён, было принято. Из переписки выяснилось, что речь идёт о константиновских рублях. Согласно Трубецкому, все пять монет попали к участнику разграбления Бельведерского дворца Константина в Варшаве во время мятежа 1830 года. Его вдова, попав в затруднительное финансовое положение, вынуждена их продать. Её условием являлось одновременная продажа всех пяти монет «en bloc». Трубецкой, лично осмотрев эти монеты, убедился в их подлинности. Поскольку сумма сделки оказалась весьма высокой, князь попытался найти компаньонов и обратился к Б. Г. Кёне, графу С. Г. Строганову и принцу Александру Гессенскому. Все трое от приобретения сомнительных раритетов отказались.