Убийство российского императора Александра II произошло 1 (13) марта 1881 года. Царь был смертельно ранен в результате нападения, осуществлённого несколькими членами террористической организации «Народная воля» в Санкт-Петербурге на набережной Екатерининского канала с помощью самодельных метательных снарядов. Народники надеялись, что убийство царя вызовет революцию и приведёт к социальным преобразованиям.
Планы террористов На Александра II до этого было предпринято пять покушений, к двум из которых была причастна революционная террористическая организация «Народная воля». Она нередко обращалась к индивидуальному террору как методу достижения своих целей. 1 декабря 1879 года около 23:00 боевая группа народовольцев взорвала динамитную мину на участке Московско-Курской железной дороги, из-за чего с рельсов сошёл один из царских поездов, однако Александра II в нём не оказалось. 5 февраля 1880 года в Зимнем дворце прогремел взрыв, организованный народовольцем Степаном Халтуриным, который под легендой столяра устроился работать в винный погреб дворца, пронося туда тайно мешки с динамитом. В результате взрыва царь не пострадал.
В очередную подготовку убийства Александра II, ведшуюся с 1879 по 1881 год, было вовлечено всего 12 человек. Этим занимался строго законспирированный Исполнительный комитет партии и несколько человек, в случае необходимости привлекавшихся в помощники.
Подготовка взрыва Каменного моста
После неудавшегося покушения в Зимнем дворце народовольцы стали основательно готовиться к очередной попытке. Александр II же после этого стал редко покидать дворец. Один из маршрутов его кортежа пролегал по Гороховой улице из Зимнего дворца до Царскосельского вокзала. Первоначально, по инициативе Александра Михайлова, рассматривался вариант минирования Каменного моста, перекинутого через Екатерининский канал. В августе 1880 года под мост с лодки были опущены четыре гуттаперчевые «подушки» с чёрным динамитом общим весом 7 пудов. К плотам рядом с мостом, на которых стирали белье, были выведены проводаПодготовления к цареубийству в Петербурге летом 1880 года (под Каменным мостом) / Якимова А. Процесс двадцати народовольцев. В кн. «Народная Воля» перед царским судом. — М.: Издательство Общества политкаторжан, 1930.. Подрыв должны были осуществить 17 августа 1880 года Андрей Желябов и Макар Тетёрка. Покушение сорвалось по нелепой причине — Тетёрка, не имевший часов, проспал и опоздал к проезду императора. В тот же день Александр II уехал в Крым.
Подготовка взрыва на Малой Садовой улице Очередная, оказавшаяся удачной, попытка покушения на жизнь Александра II началась с наблюдения, продолжавшегося почти три месяца: шесть человек под руководством Перовской ежедневно следили за выездами царя из Зимнего дворца. Наблюдения показали, что регулярно он посещает только развод караулов в Михайловском манеже по воскресеньям. Этой пунктуальностью царя и решили воспользоваться заговорщики. Путь следования царского кортежа пролегал по Невскому проспекту и Малой Садовой улице. Царь ездил очень быстро. Из манежа он возвращался по Екатерининскому каналу. Перовская заметила: на повороте от Михайловского театра на Екатерининский канал кучер обычно задерживает лошадей. Она нашла это место удобным для покушенияТырков А. К событию 1 марта. «Былое» 1906, № 5.
В начале декабря 1880 года народовольцы Анна Якимова и Юрий Богданович под фамилией супругов Кобозевых сняли сырную лавку в полуподвале дома № 8 по Малой Садовой улице на углу Невского проспекта, откуда под мостовую к концу февраля 1881 года была прорыта галерея для закладки динамита. Подготовкой руководил Андрей Желябов. По его плану, если бы мина по каким-либо причинам не взорвалась или же кортеж не поехал по Малой Садовой, то четверо «метальщиков», находящихся на улице, должны были бросить в царскую карету бомбы. Если и после этого Александр II остался бы жив, то Желябов должен был прыгнуть в карету и заколоть царя кинжалом.
В начале 1881 года последовало несколько тяжёлых ударов по руководящему звену «Народной воли»: один за другим в руки властей попали ведущие деятели «Народной воли», члены её Исполнительного комитета: Александр Михайлов, Андрей Пресняков, Александр Баранников, Николай Морозов и ряд других. За два дня до назначенной даты покушения был схвачен Желябов (27 февраля (11 марта) 1881 года). Именно арест последнего заставил террористов действовать без промедления.
К концу февраля, когда работы были уже почти закончены, лавка Кобозева, мало посещавшаяся покупателями, привлекла внимание дворника соседского дома, который обратился в полицию 28 февраля, за день до покушения, лавка под предлогом санитарной проверки была осмотрена инженер-генералом Мровинским в присутствии полиции. Мровинский заметил деревянную обшивку, за которой помещалась вынутая из подкопа земля; на полу лавки отчётливы были пятна сырости от свежевырытого грунта. Тем не менее он удовлетворился объяснениями Кобозева-Богдановича. И хотя проверка не закончилась провалом, сам факт того, что лавка находится под подозрением, вызывал беспокойство народовольцев за срыв всей операции.
Последние приготовления
Ещё в конце января были определены четверо добровольцев-«метальщиков»: Игнатий Гриневицкий, Тимофей Михайлов, Иван Емельянов и Николай РысаковПротокол № 15 от 2 марта. «1-е марта 1881 года по неизданным материалам». Им был дан доступ на конспиративную квартиру Николая Саблина и Геси Гельфман в доме № 5 по Тележной улице. Там состоялись «лекции» Кибальчича об устройстве и использовании метательных снарядов. Я предлагал несколько типов метательных снарядов, отличавшихся между собой по приспособлению для получения огня, сообщающего взрыв динамиту, и только в последнее время придумал данную форму снаряда. ... Огонь по стопину передаётся моментально и, следовательно, взрыв должен произойти в то мгновение, как только снаряд ударится о препятствие...
28 февраля Рысаков, Кибальчич, Гриневицкий и Михайлов выезжали за город, под Смольный монастырь для практического испытания снаряда. Проба была успешна: при массе около 6 фунтов (2,5 кг) радиус гарантированного поражения составлял около двух метров.
В тот же день стало известно об аресте Желябова, и группу возглавила Софья Перовская. Были сделаны спешные, последние приготовления: Григорий Исаев заложил мину на Малой Садовой, а ночью, накануне покушения, в квартире Исаева и Веры Фигнер Николай Кибальчич, Николай Суханов и Михаил Грачевский изготовили четыре бомбы.
Снаряды состояли из жестяных коробок цилиндрической формы с гремучим студнем, весом фунтов 5-6, и системою запалов. ... Мина на Малой Садовой состояла из чёрного динамита в двух сосудах — жестяного и бутыли — с запалом из капсюли с гремучей ртутью и шашки пироксилина, пропитанных нитроглицерином, всего весом с посудой 89 фунтов. Запал был соединён с проводами, которые в нужный момент должны были быть соединены с гальванической батареей.
Утром 1 (13) марта Перовская и Кибальчич передали их «метальщикам» на конспиративной квартире. Перовская также карандашом на первом попавшемся конверте начертила план, на котором точками указала места, где должны были стоять участники.
Нападение
Первоначальные действия террористов
1 (13) марта 1881 года, в воскресенье, Александр II выехал из Зимнего дворца в Михайловский манеж, где собирался принять участие в разводе караулов. Несмотря на постоянные покушения, его сопровождал лишь обычный конвой — шесть конных казаков охраны, а также полицмейстер полковник Дворжицкий, начальник охранной стражи Отдельного корпуса жандармов капитан Кох и командир лейб-гвардии Терского казачьего эскадрона собственного Его Величества конвоя ротмистр Кулебякин, следовавшие каждый в отдельных санях за царской каретой. Каретой управлял лейб-кучер Фрол Сергеев, рядом с ним на козлах располагался ординарец унтер-офицер Кузьма Мачнев.
Согласно плану, разработанному Исполнительным комитетом, в лавке на Малой Садовой Богдановича и Якимову сменил опытный динамитчик Михаил Фроленко. Он ждал сигнала Якимовой о проезде царя по Невскому проспекту, готовый замкнуть электрическую цепь взрывателя, зная, что ему скорее всего придется погибнуть под развалинами дома. Другие террористы расположились по обоим концам Малой Садовой улицы: Рысаков и Емельянов на углу Невского проспекта и у Екатерининского сквера, Михайлов и Гриневицкий — со стороны Большой Итальянской улицы и Манежной площади. Перовская стояла на углу Михайловской площади и Большой Итальянской, обозревая все возможные маршруты императорского кортежа.
Однако кортеж императора, выехав из Зимнего дворца, проехал по Инженерной улице прямо в Манеж, тем самым миновав заминированную Малую Садовую. И после развода караулов император поехал не по Малой Садовой к Невскому проспекту, как предполагали народовольцы, а по Большой Итальянской в Михайловский дворец к своей кузине, великой княгине Екатерине Михайловне. Обратный короткий путь в Зимний дворец тоже пролегал бы по Инженерной улице, затем — по набережной Екатерининского канала: мина на Малой Садовой становилась совершенно бесполезной. В этой ситуации Перовская срочно меняет план: условным сигналом она приказывает «метальщикам» переместиться сначала к Михайловской улице, а потом — занять позиции на набережной Екатерининского канала. При этом Михайлов «почувствовал, что не сможет бросить бомбу» и вернулся домой. Сама Перовская по Невскому проспекту переходит Казанский мост, идет по противоположному берегу канала и останавливается напротив места предстоящего покушения. Номера метальщиков перепутались, и на пути императорской кареты первым оказался Рысаков.
Цареубийство
Приблизительно в 14:15 царский кортеж повернул с Инженерной улицы на набережную, направляясь к Театральному мосту, когда Рысаков бросил бомбу под лошадей кареты императора. Взрывом были ранены казаки конвоя и некоторые лица поблизости, разрушена задняя стенка кареты, но сам император не пострадал. Покушавшийся бросился по набережной канала по направлению к Невскому проспекту, но почти сразу его нагнал и сбил с ног жандармский капитан КохЗимин И. В. Царский телохранитель Карл Кох. // Военно-исторический журнал. — 2008. — № 5. — С.70-72.. Затем Рысаков был передан охране, при этом он первоначально назвался мещанином Глазовым.
...Идя по направлению от Конюшенного моста к Невскому по панели канала, я встретил Государя между мостом и той улицей, из которой он выехал... Я, после минутного колебания, бросил снаряд, ...но промахнулся и был отброшен к решётке. Бросая снаряд, я стоял на панели аршина на 4 от экипажа Государя Императора. Направлял его под лошадей в том предположении, что его разорвёт под самой каретой и что лошади могут растоптать снаряд." Лейб-кучер Сергеев, ротмистр Кулебякин и полковник Дворжицкий убеждали императора как можно скорее покинуть место покушения, но Александр «чувствовал, что военное достоинство требует посмотреть на раненых черкесов и сказать им несколько слов»Кропоткин П. Записки революционера. Он подошёл к задержанному Рысакову и спросил его о чём-то, потом пошёл обратно к месту взрыва, и тут стоявший у решётки канала и не замеченный охраной Гриневицкий вдруг бросил под ноги императору бомбу, завёрнутую в салфетку.