Арте́мий Петро́вич Волы́нский (1689 — , Санкт-Петербург) — русский государственный деятель и дипломат. В 1719—1730 годах астраханский и казанский губернатор. В 1722 году упрочил своё положение браком с двоюродной сестрой Петра Великого. С 1738 года кабинет-министр императрицы Анны Иоанновны. Противник «бироновщины». Во главе кружка дворян составлял проекты государственного переустройства. Казнён по этому делу.

Биография Предположительно родился в 1689 году. Происходил из дворянского рода Волынских, родоначальником которого являлся князь и воевода Боброк-Волынский. Отец его, Пётр Артемьич, был при царе Феодоре Алексеевиче стряпчим, а затем стольником, судьёй московского судного приказа, воеводой в Казани. Мать — Евдокия Фёдоровна Головленкова.

Начало карьеры Своим воспитанием обязан семье С. А. Салтыкова. Он много читал, был «мастер писать», имел богатую библиотеку. В 1704 году был зачислен солдатом в драгунский полк.

В 1711 году — ротмистр, снискал расположение царя. Состоя при Шафирове во время Прутского похода, он в 1712 году разделил с ним плен в Константинополе, а в следующем году был послан в качестве курьера к Петру с мирным трактатом, заключённым в Адрианополе. В 1715 году был пожалован в подполковники.

В июле 1715 года царь Пётр отправил Волынского в Персию, «в характере чрезвычайного посланника». Его миссия имела две цели: всестороннее изучение Персии и приобретение торговых привилегий для русских купцов. В марте 1717 года прибыл из Персии в Испанию с теми же заданиями. Оба поручения Волынский выполнил успешно (декабрь 1718) и был произведён в генерал-адъютанты (последних было тогда всего только 6), а в следующем году был назначен губернатором во вновь учреждённую Астраханскую губернию. Здесь он скоро успел ввести и некоторый порядок в администрации, поправить отношения с калмыками, поднять экономическую жизнь края и сделать немало приготовлений к предстоявшему Персидскому походу.

Предпринятый в этом году поход в Персию окончился неудачно. Враги Волынского объясняли это поражение Петру ложными, будто бы, сведениями, доставленными Волынским, и также указали на его взяточничество. Царь жестоко наказал Волынского своей дубинкой и уже не доверял ему по-прежнему. В 1723 году у него была отнята «полная мочь», предоставлена одна только административная деятельность, и от участия в войне с Персией он был совсем устранён.

В 1722 году попытался укрепить своё положение браком с двоюродной сестрой императора. Екатерина I назначила в 1725 году Волынского губернатором в Казань и главным начальником над калмыками. Перебираясь из Астрахани в Казань он привёз с собой до ста человек дворни и до 800 лошадей, с огромной псарней, что были полученные взятки. Осенью 1726 года был произведён в генерал-майоры. В июне 1727 года был назначен министром при герцоге Голштинском. В последние дни царствования Екатерины I Волынский, по проискам, главным образом Ягужинского, был отставлен от должностей. При Петре II, благодаря сближению с Долгорукими, свояком Черкасским и другими, в ноябре 1728 года ему снова удалось получить пост губернатора в Казани, где он и пробыл до конца 1730 года.

Страсть его к наживе и необузданный нрав, не терпящий противоречий, в Казани достигли своего апогея, что, несмотря на заступничество его «милостивцев» Салтыкова и Черкасского, вызывает учреждение над ним со стороны правительства «инквизиции». Брал взятки преимущественно с инородцев, обложив их податью в свою пользу, брал взаймы большие и малые суммы с купцов не планируя их вернуть, брал за пропущенные по ревизии души.

Служба при Анне Иоанновне Отставленный от должности, он получил в ноябре 1730 года новое назначение в Персию, в команду генерала Левашова. В 1731 году, оставшись выжидать в Москве вскрытия Волги, был определён, вместо Персии, воинским инспектором под начальством Миниха. Именным указом от 28 сентября 1731 года был прощён и освобождён от ареста, за сознание произведённых взяток в бытность казанским губернатором.

Политические взгляды Волынского были высказаны в первый раз в «Записке», составленной сторонниками самодержавия (1730), но поправленной его рукой. Он не сочувствовал замыслам верховников, но был ревностным защитником интересов шляхетства. Заискивая перед всесильными тогда иноземцами Минихом, Густавом Левенвольде и самим Бироном, Волынский сошёлся, однако, и с их тайными противниками: П. М. Еропкиным, А. Ф. Хрущёвым и В. Н. Татищевым, вёл беседы о политическом положении Русского государства и строил много планов об исправлении внутренних государственных дел. В январе 1732 года ему было поручено заведовать вновь учреждённой Конюшенной комиссией, с назначением быть при всех казённых и дворцовых конных заводах, под ведением графа Левенвольда. Его обвинили в присвоении 700 тысяч рублей от конских заводов, вверенных ему в управление.

Кабинет-министр

В 1733 году был зачислен в Смоленский корпус войск Загряжского, состоял начальником отряда армии расположенной в Польше, осаждавшей Данциг. В марте 1734 года, в день начала бомбардировки города, якобы в связи с болезнью 6 апреля уехал в Кёнигсберг.

В декабре 1734 года был пожалован в генерал-лейтенанты и генерал-адъютанты.

В феврале 1736 года был назначен обер-егермейстером в ранге полного генерала.

В 1737 году послан вторым министром (первым был Шафиров) на конгресс в Немирове для переговоров о заключении мира с Турцией.

По возвращении в Петербург был возведён 3 апреля 1738 года в звание кабинет-министра.

В его лице Бирон рассчитывал иметь союзника против Остермана. Волынский быстро привёл в систему дела кабинета, расширил его состав более частым созывом «генеральных собраний», на которые приглашались сенаторы, президенты коллегий и другие чиновники. Подчинил контролю кабинета военную, адмиралтейскую и иностранную коллегии, до того действовавшие самостоятельно.

В 1739 году он был единственным докладчиком у императрицы по делам кабинета. Вскоре, однако, главному его противнику Остерману удалось вызвать против Волынского неудовольствие императрицы. Хотя ему удалось, устройством шуточной свадьбы князя Голицына с калмычкой Бужениновой (которая исторически верно описана Лажечниковым в «Ледяном доме»), на время вернуть себе расположение Анны Иоанновны, но доведённое до её сведения дело об избиении Тредиаковского и слухи о бунтовских речах Волынского окончательно решили его участь. Остерман и Бирон представили императрице свои донесения и требовали суда над Волынским. Императрица не согласилась на это, пожаловав ему в награду 20 000 рублей.

Обвинение в заговоре

После того как Волынский избил Василия Тредиаковского в покоях Бирона, оскорблённый временщик предъявил ультиматум Анне Иоанновне: «либо мне быть, либо ему». В первых числах апреля 1740 года Волынскому было запрещено являться ко двору. 12 апреля императрице доложили о 500 рублях казённых денег, взятых в 1737 году из конюшенной канцелярии дворецким Волынского, Василием Кубанцем, «на партикулярные нужды» его господина. Волынского отправили под домашний арест, а через три дня начала работу следственная комиссия, состоявшая из семи человек.

Первоначально Волынский вёл себя самоуверенно, но позже упал духом и признался во взяточничестве и казнокрадстве. Осознав неизбежность своей участи, активно «топил» своих судей и даже упрекнул Ушакова, сказав: «Вспомни! Или забыл, как ты Остермана втихомолку со мной порицал. А свидетелем того разговора был Черкасский…». Комиссия искала новые обвинения, и особое внимание она обратила на доносы Василия Кубанца. Кубанец указывал на речи Волынского о «напрасном гневе» императрицы и вреде иноземного правительства, на его намерения подвергнуть всё изменению и лишить жизни Бирона и Остермана. Кроме того именно благодаря Кубанцу и стало известно о проекте Волынского, так как черновики находились в сундуке, принадлежавшем Кубанцу. Допрошенные, также по доносу Кубанца, «конфиденты» Волынского подтвердили эти показания.

Важным материалом для обвинения послужили черновики «Генерального проекта о поправлении России», рассмотренные Ушаковым и Неплюевым. Среди этих материалов, состоявших из проектов и рассуждений, например «о гражданстве», «о дружбе человеческой», «о приключающихся вредах особе государя и обще всему государству», самое большое значение имел его «генеральный проект» об улучшении в государственном управлении, писанный им по собственному побуждению, и другой, уже с ведома государыни, «Генеральный проект о поправлении государственных дел».

«Генеральный проект о поправлении внутренних государственных дел» Правление в Российской империи должно быть, по мнению Волынского, монархическое с широким участием шляхетства, как первенствующего сословия в государстве. Следующей правительственной инстанцией после монарха должен быть сенат, с тем значением, какое он имел при Петре Великом; затем идёт нижнее правительство, из представителей низшего и среднего шляхетства. Сословия: духовное, городское и крестьянское получали, по проекту Волынского, значительные привилегии и права. От всех требовалась грамотность, а от духовенства и шляхетства более широкая образованность, рассадниками которой должны были служить предполагаемые Волынским академии и университеты. Много предлагалось реформ для улучшения правосудия, финансов, торговли и так далее.

Приговор

При дальнейшем допросе Волынского с 18 апреля уже в тайной канцелярии его называли клятвопреступником, приписывая ему намерение осуществить государственный переворот. Под пыткой Хрущов, Еропкин и Соймонов прямо указывали желание Волынского самому занять российский престол после кончины Анны Иоанновны. Но Волынский и под ударами кнута в застенке отвергал это обвинение и всячески старался выгородить Елизавету Петровну, во имя которой, согласно новым обвинениям, он якобы хотел осуществить переворот. Не сознался Волынский в изменнических намерениях и после второй пытки. Тогда, по приказу императрицы, следствие было прекращено и 19 июня назначено для суда над Волынским и его «конфидентами» генеральное собрание, которое постановило:

1) Волынского, яко начинателя всего того злого дела, живого посадить на кол, вырезав у него предварительно язык; 2) его конфидентов — четвертовать, и затем отсечь им головы; 3) имения конфисковать; 4) двух дочерей Волынского и сына сослать в вечную ссылку.

23 июня этот приговор был представлен императрице, и последняя смягчила его, указав четвертовать Волынского, отсечь головы Еропкину и Хрущову, а остальных «конфидентов» после наказания кнутом навечно сослать , что и было исполнено 27 июня 1740 года на площади Сытного рынка, где Артемию Петровичу вначале отсекли руку, а потом и голову.

Дети Волынского, возвращённые из ссылки на следующий год после его казни, с разрешения императрицы Елизаветы Петровны, поставили памятник на могиле отца, похороненного вместе с Хрущовым и Еропкиным близ ворот церковной ограды Сампсониевского храма (на Выборгской стороне). В 1886 году по инициативе М. И. Семевского на пожертвования частных лиц на могиле Волынского, Еропкина и Хрущова был воздвигнут новый памятник.

Оценки