Диодо́р Сицили́йский (, ; около 90 — 30 гг. до н. э.) — древнегреческий историк и мифограф родом из сицилийской Агирии.
Труды и историческое наследие
О происхождении, ранней жизни и образовании Диодора практически ничего неизвестно. Церковный писатель IV в. н. э. Иероним Стридонский в своей «Хронике» сообщает, что «Диодор Сицилийский, греческий историк, получил известность на 1968 году от Авраама», то есть в 49 году до н. э. Примерно эту же дату 48/49 год до н. э. указывает Евсевий Кесарийский. Созданию своих исторических сборников (Bibliotheca Historia) Диодор посвятил, как минимум, 30 лет своей жизни (между 60 и 30 гг. до н. э.) и предпринял для этого ряд путешествий. Около 59 года до н. э., когда римский сенат признал царём Птолемея XII Авлета, направив к нему посольствоСтрогецкий В. М. Диодор Сицилийский и его «Историческая библиотека» // В кн.: Диодор Сицилийский. Историческая библиотека. — T. III. — , 2021. — С. 560., он посетил Египет, где стал свидетелем расправы толпы над одним римским гражданином, случайно убившим священное в тех краях животное — кошку. Помимо Александрии и Бубастиса, Диодор поднялся по Нилу до Мемфиса, где посетил гробницу Исиды. При этом он явно не бывал ни в Месопотамии, ни даже в Афинах, поскольку ошибочно помещает в своём труде Ниневию на реке Евфрат и не описывает в нём Акрополь. Через 25 лет после смерти Диодора, император Октавиан превратил Египет в римскую провинцию.Строгецкий В. М. Диодор Сицилийский и его «Историческая библиотека». — С. 561..
На основании сообщения Диодора, в котором он указывает количество лет, в течение которых Египет находился под иноземным владычеством, можно заключить, что к работе над своим главным трудом он приступил в 56 году до н. э. Замечание историка о том, что «последними иностранцами» для римлян являются не египтяне, а македонцы, можно полагать, что завершил он его не позже 30 года. Практически одновременно с Диодором, писавшем на греческом и в основном о греках, создавал историю своего народа римлянин Ливий. Замеченные исследователями хронологические ошибки Диодора привели их к заключению, что первоначально он намеревался завершить труд описанием событий 46/45 года до н. э., но позже устал и решил остановиться на 60/59 годеСтрогецкий В. М. Диодор Сицилийский и его «Историческая библиотека». — С. 562..
«Историческая библиотека» Диодора состояла из 40 книг, разделенных на 3 части: Первые 6 книг обзорные, описывают географию, культуру и историю древних государств: Египта (книга I); Месопотамии, Индии, Скифии (книга II); Северной Африки (книга III); Греции и Европы (книга IV—VI). В следующей части (книги VII—XVII) Диодор излагает историю мира от Троянской войны до смерти Александра Великого. Последняя часть имеет дело с эпохой диадохов (книги XVIII—XX) и до галльской войны Юлия Цезаря (сохранились фрагменты до XXXIII кн.), то есть до событий, очевидцем которых был сам Диодор.
Диодор собрал сведения от многих авторов, известны Гекатей Милетский, Геродот, Иероним Кардийский, Дионисий, Дурис, Клитарх, Ктесий, Мегасфен, Полибий, Посидоний, Тимей из Тавромения, Феопомп, Эфор и др. — всего известно 87 имен древнегреческих авторов, на которых он ссылается в своем трудеСтрогецкий В. М. Диодор Сицилийский и его «Историческая библиотека» в оценке историографии // Вестник древней истории. — 1983. — № 4. — С. 177—178.. В своем сочинении он не слишком увлекался анализом, скорее монотонно перечислял последовательность событий, вставляя целые фрагменты оригинальных авторов. Но «Историческая библиотека» не является сочинением компилятивного характера. В ходе изучения трудов Диодора было доказано, что в большинстве случаев полученный из оригинальных источников материал подвергался литературной обработке.
Диодор является единственным источником сведений о продолжительных исторических периодах и служит хорошим дополнением к периодам, освещённым другими авторами. Эпоха диадохов у него отражена наиболее полно, как и история Древней Греции после персидских войн до Пелопонесской войны. После Фукидида Диодор — единственный автор, благодаря которому мы знакомы с подробной историей Греции V в. до н. эСтрогецкий В. М. Афины и Спарта. Борьба за гегемонию в Греции в V в. до н. э. (478—431 гг.) — : Изд-во С.-Петерб. ун-та, 2008. — С. 291.. Диодор допускает ошибки в римской хронологии, что не удивительно для человека, для которого латинский не родной язык.
Сразу во введении Диодор обращает внимание на наличие универсальных историй (κοιναι ιστορίαι) и хвалит их авторов за труды, помогающие всему человечеству (ωφελησαι τον κοινος βίος). Такая точка зрения на универсальность истории совпадает с постулатами стоиков; Диодор также указывает на то, что общечеловеческий опыт складывается из индивидуальных, но не простым суммированием: каждый личный опыт обладает внутренним тождеством с космической гармонией, божественным провидением (φεια προνόια). Это и обуславливает универсальность человеческой историиBurton A. Diodorus Siculus. — Book I. A Commentary. — Leiden, 1972. — pp. 35 f.. Кроме того, миф для Диодора — это сохранившееся в истории отражение человеческого опыта, выражающего значение индивидуальной доблести для потомков и истории в целомСтрогецкий В. М. Введение к «Исторической библиотеке» Диодора Сицилийского // Вестник древней истории. — 1986. — № 2. — С. 65-82.. Таким образом, мифы историк использует не только с системообразующей целью, но и как поучительные сентенции.
Диодор считал, что сама идея целостного описания всемирной истории была воплощена именно им (Diod. Sic. I, 3, 3), причём для него крайне важно было включить в процесс мировой истории и события, относимые к мифологическим (Diod. Sic. I, 3, 2; IV, 1, 2-4). Не удивительно, что он был рьяным последователем Эвгемера: его концепция обожествления героев позволяло связать мифическую и недавнюю историю с соблюдением всех критериев историцизма того времени: Диодор был современником божественного Цезаря (Diod. Sic. IV, 19, 2). Более того, эвгемеризм даёт идею, объединяющую весь культурно-исторический процесс, позволяет описать становление общества не простым перечислением фактов, а даёт причину развития. Более того, эта причина одновременно является исторической и божественнойТоршилов Д. О. Античная мифография. Мифы и единство действия — : Алетейя, 1999. — С. 427..
Влияние эвгемеризма на Диодора отмечается многими исследователями, особенное внимание этому уделял А. Ф. ЛосевЛосев А. Ф. Античная мифология в её историческом развитии / Лосев А. Ф. Мифология греков и римлян. — , 1996. — С. 269—273.. Однако сочинения Эвгемера дошли до нас почти исключительно благодаря именно Диодору — но, если бы эвгемеризм был бы широко известен в то время, то как минимум краткие упоминания встречались бы и у других авторов. О. П. Цыбенко выдвинул по этому вопросу гипотезу: возможно, лично Эвгемер считался вполне заурядным писателем, и получил известность позднее, именно благодаря Диодору, который смог подать мысли Эвгемера более интересно для читателей. Кроме того, оба писателя — сицилийцы, поэтому могло иметь место проявление патриотизмаЦыбенко О. П. Историзированная мифология в «Исторической библиотеке» / Диодор Сицилийский. Историческая библиотека: Книги IV—VII. Греческая мифология. — : Алетейя, 2005. — 376 с..
Отношение исследователей к «Исторической библиотеке» Отношение к трудам Диодора менялось во времени. По неизвестной нам причине современники его не упоминают, хотя он много путешествовал. Возможно, он не стремился к общению с личностями, исторически нам известными, и не афишировал написание своего труда, на который у него ушло около 30-ти летТрофимов М. П. Историческая концепция Диодора Сицилийского — Нижний Новгород, 2009—198 С. (дисс. канд. ист. наук)..
Длительное время Диодор как историк оценивался негативно, преобладало критическое отношение к его труду. Отмечалось некритическое отношение к первоисточникам, нередкая путаница в хронологии, указание вместо действительных причин событий и аналитического рассмотрения исторических фактов известных предсказаний и предзнаменованийСтрогецкий В. М. Диодор Сицилийский и его «Историческая библиотека» в оценке историографии // Вестник древней истории. — 1983. — № 4. — С. 176—186.Бузескул В. П. Введение в историю Греции. — СПб.: Изд. дом «Коло», 2005. — С. 262—268..
В XIX веке в среде историков было крайне критическое отношение к античной исторической традиции как таковой, включая, разумеется, и «Историческую библиотеку». Классический представитель концепции единого источника (Einquellentheorie) К. А. Фольквардсен считал, что Диодор списал греческую историю у Эфора, сицилийскую — у Тимея, а римскую — у ФабияVolquardsen Ch.A. Untersuchungen Uber die Quellen der griechischen und sicilischen Geschichten bei Diodoros. Buch XI—XVI. — Kiel: Schwers’sche Buchhandlung, 1868.. Эта гипотеза была убедительно опровергнута профессором Новороссийского университета М. И. Мандесом на основании источниковедческого анализа сочинения ДиодораМандес М. И. Опыт историко-критического комментария к греческой истории Диодора. Отношение Диодора к Геродоту к Фукидиду — Одесса: Экон. тип., 1901. — С. 479..
Теория единого источника стала подвергаться массовой критике к концу XIX века. Однако опровержение концепции Einquellentheorie не означало появления какой-либо позитивной идеи особенностей трудов Диодора, и негативное отношение к «Исторической библиотеке» оставалось неизменным. Наиболее яркий представитель этого направления — К. Ваксмут, который называл Диодора компилятором, неспособным на творческий подход, а мысли введения к работе считал заимствованными. При этом заявление автора о наличии универсально-исторического взгляда, высказанного во введении, Ваксмут считал голословным и не подтверждённым самим текстом историкаWachmuth C. Uber das Geschichtswerk des Sikelioten Diodoros. — Bd. I—II. — Lpz., 1892..
В это же время Диодора начали рассматривать как представителя исторической эпохи Цезаря и Августа со всеми особенностями восприятия мира в условиях образования Рима как мировой державы. Для этого времени появился значительный интерес к составлению справочников и исторических обзоров, так как требовалось понимание истории соседних народов в практических целях. Э. Шварц указывал, что Диодор не просто копировал тексты упоминаемых авторов, его описания унифицированы по языку и стилю написания, также заметно стремление описать греко-римскую историю синхронистичноSchwartz Е. Diodoros // Paulys Realencyclopädie der classischen Altertumswissenschaft (RE). — 1903. — Bd. V. — S. 663—704..
Многие исследователи продолжали относиться к «Исторической библиотеке» исключительно в критическом ключе и в XX веке. Их обобщённое мнение выразил Дж. Бьюри: ценность Диодора заключается лишь в сохранении цитат упомянутых им авторов и не более тогоBury J.B. The Ancient Greek Historians. — New York, 1958. — pp. 235—236.. Ещё более резко, с переходом на личности, выразился А. Д. Нок, назвав историка «маленьким человеком с претензиями»Nock A.D. Posidonius // The Journal of Roman Studies. — 1959. — Vol. 49. — pp. 1-15..