Пермь−36 — неофициальное название советской исправительно-трудовой колонии строгого режима для осуждённых за особо опасные государственные преступления в деревне Кучино Чусовского городского округа Пермского края, которая в настоящее время превращена в музей — Мемориальный музей истории политических репрессий «Пермь-36».
История
Советский период
Исправительно-трудовая колония № 6 (командировка Понышстроя) была создана в 1942 году на станции Селянка на реке Чусовой и несколько раз меняла местоположениеОбухов Л. А. История колонии, ставшей музеем // Труды Томского областного краеведческого музея. Т. 16: Материалы Межрегиональной научно-практической конференции «Шатиловские чтения-2009» . — Томск: ТМЛ-Пресс, 2010. — С. 218.. Колония переведена в деревню Кучино в 1946 году и сокращённо именовалась «ИТК-6». В ней содержались уголовные преступники, которые делились на две группы: «бытовики» (лица, осуждённые за бытовые преступления) и «указники» (лица, осуждённые по Указам Президиума Верховного Совета СССР за дисциплинарные правонарушения). Численность заключённых в тот период составляла около 250 человек. Осуждённые занимались лесозаготовкой (рубкой леса), переработкой леса и деревообработкой. После амнистии 1953 года их заняли другими работамиШевырин С. А. История музея-заповедника «Пермь-36»: опыт историографического осмысления и музеефикации // Historia provinciae — журнал региональной истории. — 2021. — Т. 5. — № 4..
В 1950-е —1960-е годы в колонию направляли бывших работников советских правоохранительных органов, судов и прокуратуры, осуждённых за уголовные преступления (около 300 человек). Поскольку многие из них отлично знали систему охраны мест заключения, то для исключения возможности побегов территорию обнесли дополнительными заборами. В этот же период в колонии была высажена берёзовая аллеяПермь-36: Право дышать // БСК портал. В июне 1972 года данный контингент был переведён в «красные зоны» в Нижний Тагил (УЩ-349/13) и Марийскую АССР, а колония УТ-389/6 была реорганизована в учреждение УТ-389/36 (позднее ему присвоили обозначение «ВС-389/36», которое использовалось при переписке с заключёнными), поэтому колонию стали называть «Пермь-36».
С июля 1972 года в колонию в условиях секретности начали направлять осуждённых за особо опасные государственные преступления, которых до этого содержали в колониях Мордовской АССР ЖХ-385/3, ЖХ-385/17, ЖХ-385/19Шмыров В. А. К истории пермских политлагерей // Годы террора: Книга памяти жертв политических репрессий / сост. А. Б. Суслов. — Пермь, 1998.. Её начальниками в «диссидентский» период (1972—1988) являлись: В. Ф. Котов, Г. И. Миков, Н. В. Хорьков, А. Г. Журавков, А. Г. Долматов.
На небольшом расстоянии друг от друга, в акватории Чусовой, располагались три исправительно-трудовые колонии: ВС-389/35 (ст. Всехсвятская, пос. Центральный), ВС-389/36 и ВС-389/37 (пос. Половинка), образовавшие т. н. «пермский треугольник», официально — Скальнинский отдел УИТУ УВД Пермского облисполкома. «Политические заключённые» содержались в каждой из них. Один из основателей музея «Пермь-36», историк Виктор Шмыров сообщал о составе заключённых в это время: «В нашем архиве есть копии учётных карточек заключённых всех трёх лагерей. Заключённые часто переводились из одного лагеря в другой. В целом, по трём лагерям, людей, которые обвинялись в участии в националистических движениях, их было около . Среди них были и русские националисты. Например, Игорь Огурцов, Леонид Бородин и т. д. У части из них, кроме обвинения в измене родине и участия в антисоветских организациях, были обвинения в терроризме. Это те, кто участвовал или поддерживал националистические подполья. Их было около 8 %».
В колониях «Пермь-35», «Пермь-36» и «Пермь-37» отбывали заключение особо опасные государственные преступники, осуждённые по статье 58 Уголовного кодекса РСФСР 1926 года и аналогичным статьям уголовных кодексов республик СССР 1920—1950-х годов; статьям 1-10 Закона СССР «Об уголовной ответственности за государственные преступления» от 25 декабря 1958 года; статьям 64-73 Уголовного кодекса РСФСР 1960 года и аналогичным статьям уголовных кодексов республик СССР 1960—1980-х годовБаза данных «Заключенные Пермских политлагерей (ИТК ВС-389/35, ВС-389/36, ВС-389/37) 1972—1992 гг.».
Новый большой этап заключённых строгого режима прибыл из Мордовии летом 1976 годаОвсиенко В. В. Гибель Василя Стуса // Центр исторической памяти. В колониях «пермского треугольника» содержались осуждённые по обвинению в «антисоветской агитации и пропаганде» диссиденты: Паруйр Айрикян, Вардан Арутюнян, Гунар Астра, Иосиф Бегун, Николай Браун, Владимир Буковский, Лев Волохонский, Олег Воробьёв, , Семён Глузман, Сергей Григорьянц, Егор Давыдов, Ростислав Евдокимов, , Сергей Ковалёв, Анатолий Корягин, Мераб Костава, Михаил Кукобака, , Михаил Макаренко, Андраник Маргарян, Анатолий Марченко, Вазиф Мейланов, Михаил Мейлах, Борис Миркин, Ашот Навасардян, Виктор Некипелов, , Март Никлус, Герман Обухов, Юрий Орлов, , Викторас Пяткус, Михаил Садо, Валерий Сендеров, Феликс Серебров, Габриэль Суперфин, Яков Сусленский, , Лев Тимофеев, Борис Черных, Юрий Шиханович и другие политзаключённые, всего около 200 человек (в том числе ряд членов Украинской Хельсинкской группы, многие деятели украинского национального и правозащитного движения: , Олесь Бердник, , Микола Горбаль, Михаил Горынь, Игорь Калинец, , Иван Кандыба, , Иван Коваленко, , Юрий Литвин (погиб в заключении), Левко Лукьяненко, Мирослав Маринович, , , Валерий Марченко (погиб в заключении), Тарас Мельничук, , , Евгений Пронюк, Богдан Ребрик, Николай Руденко, Степан Сапеляк, Евгений Сверстюк, Иван Светличный, , Иван Сокульский, Василь Стус (погиб в заключении), Алексей Тихий, Степан Хмара, Олесь Шевченко, Данило Шумук). Среди заключённых были не только правозащитники и активисты национальных организаций, но и религиозные деятели: Александр Огородников, Владимир Пореш, Владимир Русак, Альфонсас Сваринскас, Глеб Якунин и др. Некоторые заключённые, например, Витольд Абанькин, , Валентин Зосимов, Натан Щаранский, были осуждены по статье «Измена Родине»; также несколько осуждённых являлись фигурантами ленинградского самолётного дела (Гилель Бутман, , Иосиф Менделевич, Алексей Мурженко)Интервью Н. С. Салахова, подполковника в отставке, начальника отряда № 2 ИТК-36 (1973—1975). Всего через колонии «пермского треугольника» прошли 985 осуждённых, в том числе 513 тот или иной срок находились в «Перми-36». В колонию регулярно приезжали партийные работники, лекторы общества «Знание», пропагандисты из республик Советского Союза, которые должны были проводить идеологическую работу с осуждёнными разных национальностей.
В январе 1980 года в бывшем здании лесоперерабатывающего цеха колонии был создан участок особого режима ВС-389/36-1 для «особо опасных рецидивистов». Первые 32 заключённых были перевезены туда из Сосновки (Мордовская АССР) 1 марта 1980 года. Они содержались в бараке с особым устройством в закрытых камерах в специальном отделении в нескольких сотнях метров от основного лагеря, занимались сборкой электроприборов, преимущественно для Лысьвенского турбогенераторного завода. До 9 декабря (по другим данным, 8 декабря) 1987 года через отделение особого режима колонии прошли 57 (по другим данным, 56) осуждённых, 8 из которых скончались в заключении.
Повседневность пермских «политлагерей» освещалась в правозащитных бюллетенях «Хроника текущих событий», «Вести из СССР. Права человека», а также в массовой печати западных странФедотова С. Международная известность ИТК «Пермь-36» // «Новый компаньон», 10.11.2016. Колония была закрыта в июне 1988 года; большинство заключённых освободились по помилованию, остальные переведены в «Пермь-35». Сооружения были переданы областному отделу социального обеспеченияОрлова М. Музей репрессий «Пермь-36» будет бороться за статус объекта наследия ЮНЕСКО // «Российская газета», 16.01.2012, и в бывшей колонии на несколько лет разместился психоневрологический интернат.
Создание и развитие общественного музея В начале 1990-х годов у пермской общественности появилась идея музея, посвященного репрессиям в истории страныРязанова С. В. К вопросу о конструировании социальной памяти: антропология музея «Пермь-36» // Вестник археологии, антропологии и этнографии. — 2023. — № 2 (61). — С. 208.. По данным В. С. Стафа, впервые идея создания музея в бывшем политическом лагере возникла у начальника Пермского областного УВД генерал-майора В. И. Фёдорова в 1991 годуСтаф В. С. Мемориализация «негативного наследия» в современной России на материале лагерных музеев в Пермском крае // Вестник Томского государственного университета. — 2018. — № 428. — С. 183.. Весной 1992 года Фёдоров обратился в общество «Мемориал» с предложением создать при колонии музей — тогда у него появилась бы возможность пускать в учреждение иностранных журналистов. К тому же в 1992 году пермский «Мемориал» решил провести конференцию с участием бывших политзаключённых и историков, приуроченную к двадцатилетию прибытия первых политзаключённых в Пермскую область. Конференция была проведена в колонии ВС 389/35 (ИТК-35), в её ходе бывший политзаключённый скульптор Рудольф Веденеев отлил мемориальную доску и создал в двух комнатах ИТК-35 небольшую музейную экспозицию.
Из-за сложностей экспонирования в условиях действующей колонии руководство областного УВД предложило использовать для музейных целей заброшенную зону ВС 389/36. В ходе осмотра бывших колоний ИТК-36 и ИТК-37 стало очевидно, что постройки ИТК-36 отличаются от остальных — сохранившиеся бараки не были похожи на бараки для заключенных, доставленных в Пермскую область в 1970-е годы. Отличался и штрафной изолятор — у него не было типичной для таких строений «кормушки» в двери. Особенно участников конференции поразил полуразрушенный барак особого режима, лагерная тюрьма — заключенные месяцами не выходили из него на улицу; местом прогулки служило маленькое помещение с сеткой из колючей проволоки вместо потолка. У участников конференции 1992 года возникло предположение, что лагерь здесь появился ещё во времена ГУЛАГа, но в 1950-е годы он был не заброшен, а переоборудован в колонию, просуществовавшую до конца 1980-х годов. Тогда же прозвучали первые идеи консервации и музеефикации памятника.
Предложение создать на месте бывшей колонии музей было поддержано посетившими территорию участниками научно-практической конференции, посвящённой 20-летию первого этапа заключённых из мордовских политлагерей в пермские. В число инициаторов вошли активисты Московского, Санкт-Петербургского, Екатеринбургского и Пермского отделений общества «Мемориал», пермские историки и журналисты, а также бывшие политзаключённые пермских и мордовских политлагерей, в том числе участники самого первого этапа 9—13 июля 1972 года. На территории бывшей колонии начало работать учрёжденное 7 мая 1992 года ТОО «Мемориал-ИНОК» (генеральный директор А. М. Калих, соучредители: В. В. Виниченко, А. В. Голдобин, М. Г. Нечаев, И. К. Советов, А. А. Терехин и В. А. Шмыров). Уставными целями организации являлись: создание научно-мемориального комплекса, посвященного истории политических репрессий на Урале; выявление, сбор и обработка всех сохранившихся источников по истории политических репрессий; экспозиционная и выставочная деятельность; организация и проведение научных конференций, симпозиумов и семинаров; создание туристско-экскурсионного комплекса на базе объектов ГУЛАГа; благотворительная помощь жертвам политических репрессий. Идею создания музея поддержал писатель Виктор Астафьев, который позднее стал членом Общественного совета учрежденияОсобенности национальной памяти // «Новый компаньон», 14.04.2009.