Гра́мотность (от «учение о словесности» ← «словесность, грамматика») — степень владения человеком навыками чтения и письма на родном языке (или на лингва-франка, крупном языке общения, который ходит в его местности). Традиционно под словом «грамотный» подразумевают человека, умеющего читать и писать, или только читать на каком-либо языке. Людей, умеющих только читать, также называют «полуграмотными».
В статистике под грамотностью понимается способность человека прочитать, понять и написать короткий простой текст, касающийся его повседневной жизни. Уровень грамотности взрослого населения — доля грамотных в возрасте 15 лет и старше. Индекс грамотности (называемый иногда просто грамотность) данного народа — отношение (обычно в процентах) между числом грамотных и численностью всего населения. Индекс грамотности если и не измеряет, то, во всяком случае, характеризует уровень развития начального образования.
Грамотность — фундамент, на котором можно построить дальнейшее развитие человека. Открывая доступ к книге, она даёт возможность пользоваться знаниями, созданными человечеством.
Степенью распространения грамотности народа той или иной страны характеризуется его участие в умственной жизни всего человечества, но характеризуется лишь до известной степени, так как и неграмотные народы участвовали и участвуют, хотя, возможно, и в меньшей мере, в накоплении умственных и нравственных сокровищ человечества (в частности, невербальных, художественных и т. д.).
В современном обществе, где читают и пишут практически все, под «грамотностью» часто понимают способность писать согласно установленным нормам грамматики и правописания, без крупных ошибок. А «неграмотный» — тот, кто пишет с ошибками.
История распространения грамотности (с древних времён по XIX век) Данный раздел представляет собой частичное изложение статей «Грамотность»Рубакин Н. Грамотность. // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Т. 9А. СПб., 1893. и «Начальное народное образование»Фальборк Г., Чарнолусский В. Начальное народное образование // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Т. ХХА. СПб., 1897. Энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона.
История грамотности начинается с истории азбуки. При господстве идеографического письма, когда письмо сводилось к рисункам, как, например, у эскимосов и американских индейцев, «грамотность», если можно назвать этим словом понимание живописи, была доступна всем, — никакой условности в письменах не было. История грамотности начинается с того момента, когда письмена приобретают условный характер и для понимания их делается необходимым изучение. История прежде всего показывает медленный, но постоянный ход секуляризации и демократизации грамотности: из достояния немногих, главным образом духовных лиц, она делается достоянием широких масс.
В Древнем Египте письменность находилась в руках жрецов, хотя всякому предоставлялась возможность изучать её от них. Однако изучение письма было настолько затруднительным, что требовало много времени и не всем было доступно. Грамотность была распространена главным образом в среде жрецов и высшего класса. Относительно позднейших времён имеется свидетельство Платона, что «большая часть народа в Египте изучает буквы и счёт» (под «буквами» понимается демотическое письмо, которое употреблялось в обыденных сношениях).
Клинообразное письмо ассиро-вавилонян, также требовавшее много времени и трудов, затрудняло распространение грамотности среди народных масс.
В древней Иудее письмо, по-видимому, было распространено весьма рано. В I веке н. э. в каждой иудейской деревне была школа.
В Индии браминов грамота была распространена, кроме жреческого сословия, главным образом у кшатриев. Членам низшей касты было запрещено, как тяжкий грех, не только читать самим, но даже слушать чтение Вед. Для женщин умение читать и писать считалось позорным; приобретать его могли только танцовщицы и баядерки. Две средние касты могли учиться читать только под руководством жрецов.
Широкого распространения грамотность достигла в Древней Греции, где даже простолюдин обладал умением читать и писать. Грамотность среди женщин была распространена мало, так как женских школ не было вовсе. Слабые навыки чтения и письма женщины Греции приобретали у матерей и нянек.
В Древнем Риме, даже в лучшую его эпоху, грамотность не была так широко распространена, как в Греции. В эпоху Римской империи процент неграмотных был ещё выше.
В Средние века распространение грамотности ограничивалось небольшой группой духовенства и горожан. В большинстве своём духовенство было неграмотно.
В Византии умели читать и писать священники и чиновники, однако писать с соблюдением всех тонкостей литературного древнегреческого языка в империи конца XII века могли, по приблизительным оценкам, лишь около трёхсот очень хорошо образованных людей. Их целевая аудитория также была невелика. Оценить достоинства сложного текста могли около двух тысяч человек, а оценить уровень владения языком — около трёх тысяч, что составляло меньше 1 % населения Константинополя. Образование было делом дорогим и долгим. В него вкладывались те, кто хотел видеть своих сыновей на церковной кафедре или на придворной службе в столице империиАвдохин Аркадий, Шляхтин Роман. .
Наибольшее распространение грамотность имела на Пиренейском полуострове в эпоху процветания арабской культуры и в XI веке в Италии. За пределами Италии на соборах епископы ставили кресты вместо подписи. Рыцари нередко презирали грамотность: они предоставляли её своим дамам и клеркам, которые читали и писали вместо них. Даже в Провансе лишь немногие сеньоры могли читать на своём родном языке, не говоря уже про латынь. Сын Людовика IX не умел писать.
В Англии королевские автографы ставились лишь с XIII века, а женские появились на сто лет позже. В Германии даже поэты сначала диктовали свои песни клеркам (dichten — от dictiren).
В Венгрии магнаты и короли делали объявления через герольдов, вообще игравших видную роль вследствие недостатка грамотности в стране. Более распространена была грамотность среди горожан.
Изменение в этом отношении проявляется лишь во времена реформации. Книгопечатание, удешевив книгу, проложило грамотности широкую дорогу в народные массы. Вопрос о введении обязательного обучения во Франции был поднят ещё в XVI веке на собрании Генеральных штатов 1560 года. В 1571 году статья об обязательном обучении была внесена Жанной д’Альбре в наваррские законы. Несмотря на это, грамотность во французском народе была распространена крайне незначительно. В 1786 году провинциальные собрания, например, в Берри, жаловались на полную безграмотность народа. Безграмотными были даже все мелкие представители власти.
В Испании ещё в 1860-х годах из 72 151 муниципального советника 12 479 не умело ни читать, ни писать. В числе неграмотных насчитывалось 422 мэра и 938 их товарищей (заместителей).
Методики оценок уровня грамотности Констатируя, что решение проблемы неграмотности требует, помимо всего прочего, наличия точного инструмента измерения уровня грамотности населения, Н. Рубакин в своей статье в Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона представил все известные на конец XIX века методики оценки уровня грамотности (полностью этот материал приведён в статье Демографическая статистика, раздел «Разработка статистики грамотности»).
Утверждая, что наиболее полный и точный метод — поголовная (всеобщая) перепись населения, Н. Рубакин отметил и его недостатки, в том числе: неоперативность: переписи производятся через весьма значительные промежутки времени; сведения, собранные при этом, сильно запаздывают, и наблюдать по ним поступательное движение грамотности из года в год невозможно. невозможность слишком глубокой детализации опросника: должна быть исключена из вычислений та часть населения, которая, в силу какого-либо физического недостатка, неспособна к обучению грамоте. Сюда относятся, например, идиоты, а также слепые, глухонемые и прочие… Валовый показатель, когда к числу неграмотных относят и детей дошкольного возраста, завышает показатели неграмотности в степени тем большей, чем больше среднее количество детей в том или ином регионе. Впрочем, всеобщая перепись обычно позволяет выделить из общего числа грамотных детей школьного возраста, а в их числе учащихся. недостоверность ответов респондентов в переписных листах: русские статистики, исследовавшие во второй половине 1880-х гг. Иркутскую губернию, нашли, что на полуграмотных приходилось от 27,3 % до 50,9 % общего числа грамотных; в местностях глухих это отношение ещё менее благоприятно.
В конце XIX века в России и за рубежом в оценках грамотности использовалось число начальных школ и учащихся в них, с разбивкой по полу и возрасту. Н. Рубакин относится к этому методу критически: грамотность приходит не с постройкой школы, а при условии её успешного окончания:однако из начальных школ не все выходят грамотными; значительный процент не оканчивает курсаИ в России, и в Европе дети крестьян, даже если и ходили в церковно-приходскую школу, то нередко отвлекались от учёбы по хозяйственно-домашним нуждам на протяжении учебного года. Незавершённость начального образования, отмечает Н. Рубакин, особенно сильна в странах, где нет обязательного обучения. Автор указывает и на несопоставимость показателей между странами: школьный возраст «считается в одних странах от 7 до 14, в других от 8 до 13 или 6-15 и т. д.»
Другим распространённым способом оценки уровня грамотности в стране является статистика комиссий по призыву новобранцев, которая позволяет установить долю грамотных. В России, где была введена всеобщая воинская повинность, этот способ Н. Рубакин находит удобным: «новобранцы выходят из разных слоёв населения и из разных областей государства; кроме того, призывы новобранцев совершаются периодически, из года в год». В то же время он указывает и на недостатки: неприменимость к оценке грамотности женского населения; исследованию подвергается лишь часть мужского населения (мужчины призывного возраста, не имеющие освобождения от призыва).
Ещё один существенный недостаток оценки грамотности по новобранцам — зависимость от структуры армии (доля высших классов, вступающих на офицерскую службу) и от условий призыва (мирное или военное время).
В странах, где всеобщая воинская повинность не введена, демографы изучали грамотность лиц, вступающих в брак. Здесь в поле зрения попадают лица обоего пола, разных сословий, разных возрастов и исповеданий и т. д. К этой статистике Н. Рубакин также подходит осторожно, констатируя, что помимо всеобщей переписи ни одна из методик косвенных не имеет значения абсолютного: «чем грамотнее страна, тем больше грамотных мы встретим и среди призывных, и среди вступающих в брак».
Факторы распространения грамотности
Географические условия Распространение грамотности крайне неравномерно как между различными слоями одного и того же народа, так и между различными народами. Оно зависит от географических условий, в которых живёт данный народ. Внешний вид поверхности, климат, характер растительности и фауны и вообще географическая обстановка страны, делающая народ то кочевником-пастухом, то охотником, то земледельцем, создаёт условия то благоприятные, то неблагоприятные для распространения грамотности, а также оказывает сильное влияние и на развитие потребности в ней. Статистик В. Григорьев в своём исследовании Иркутской губернии (1889 г.) показал (см. ниже), что наименьшее число грамотных и учащихся встречается в тех местностях, где наиболее развито скотоводство.
На развитие грамотности действует и климат, хотя влияние его проявляется крайне разнообразно. Длинные зимы и долгие вечера в Финляндии, Швеции и Норвегии при отсутствии полевых работ, по замечанию Левассёра, вероятно, отражаются благоприятно на развитии грамотности, хотя связь между климатом и ею ещё не разрабатывалась статистически.
Этнографический состав населения