Би́тва при Креси́ (, ) — одно из важнейших сражений первого этапа Столетней войны, произошедшее 26 августа 1346 года около посёлка Креси в Северной Франции. Сочетание новых видов оружия и тактики, применённых англичанами в битве, привело многих историков к выводу о том, что битва при Креси стала началом конца рыцарства. Это была одна из самых знаменательных битв Столетней Войны.
Предшествующие события Через три года после начала Столетней войны состоялось её первое большое сражение — морской бой при Слёйсе, произошедший 24 июня 1340 года. В течение нескольких лет после этой битвы король Эдуард предпринимал попытки вторгнуться во Францию через Фландрию, но попытки эти провалились из-за финансовых трудностей и нестабильности заключаемых им альянсов. Шесть лет спустя Эдуард выбрал другой маршрут и атаковал Нормандию, одержав победы сначала в битве при Кане 26 июля, а затем и в битве при Бланштаке 24 августа 1346 года. План французов заманить англичан в ловушку между двумя реками, Сеной и Соммой, провалился, а обходной манёвр англичан привёл к битве при Креси, второй по значимости битве этой войны.
Англичане имели, по различным данным, от 8000 и до 20 000 воинов, в частности, хронист Жан Фруассар говорит о 9000 воинов, явно имея в виду лишь стоящих в «первой линии». Английский историк Моррис определяет силы Эдуарда в 4000 конных рыцарей и сервиентов и 10 000 лучников, британский писатель и журналист Мартин Дж. Догерти говорит о примерно 2000 кавалеристов, тысяче вооружённых древковым оружием пехотинцев и 5500 лучниковДогерти М. Дж. Средние века. Искусство войны. — М.: ООО «АСТ»; Астрель, 2010. — С. 165..
Численность французских сил точно неизвестна. Французское войско не было в полном составе — один отряд вступил в бой с англичанами накануне, пытаясь помешать переправе их через реку, другой отряд (500 копий и 2000 лучников, по Фруассару) пришёл к месту битвы только на следующий день; значительное число войск находилось на юге Франции, в Гиени, где вело войну против англичан и местных гасконских вассалов Эдуарда.
Фруассар говорит о 20 000 конных латников и 60 000 пехотинцев у французов, не считая 20 тысяч генуэзских арбалетчиков, но это заведомо нереальная цифра для феодальной армии, которая в течение 1 дня смогла совершить переход по одной дороге в 28 км, вступить в битву, потерпеть поражение и отступить с места сражения, исходя из этого можно говорить о максимуме в 25 000 воинов, из которых реально участвовали в бою 10-15 тысяч (арбалетчики и конные), отставшие части и пехота в бой так и не вступили.
Британский военный историк Альфред Бёрн (ум. 1959), полемизируя с известным французским медиевистом Фердинандом Лотом, который в своём труде «Военное дело и армии Средневековья» (1946) утверждал, что король Филипп VI не успел собрать свою армию и располагал лишь «силами наспех собранного ополчения», считал, что в реальности французы обладали заметным численным преимуществом, выставив свыше 12 000 чел. против «менее чем 9 000» англичан.
Флорентийский хронист Джованни Виллани, рассказывая в своей «Новой хронике» о сражении, утверждает, что в составе войска французского короля «находилось шесть тысяч генуэзских арбалетчиков и других итальянцев, ими командовали мессер Карло Гримальди и Оттоне Дориа».
В отличие от английской армии, имевшей опыт англо-валлийских и англо-шотландских войн, французское войско того времени представляло собой неорганизованное феодальное ополчение, в котором пехота набиралась, как правило, из недисциплинированных простолюдинов, не располагавших хорошим вооружением и не прошедших должную подготовку.
Диспозиция английской армии Со времени высадки в Нормандии 12 июля 1346 года англичане потеряли около 10 процентов солдат. Ко времени сражения их оставалось 12—13 тысячШишов В. Леопард против Лилии. Креси, 1346 // «Дилетант». Исторический журнал для всех, 25.08.2016.. Эдуард III расположил свои силы фронтом в 1829 метров (2000 ярдов), на хребте холма, окружённого с флангов естественными препятствиями: справа самой деревней Креси, слева — рекой Мэ и деревней Вадикур.
Вероятно, войска располагались не сплошной линией, а отдельными отрядами. Впереди холма находились три насыпи, которые и явились основным препятствием для французских всадников. Сам король со свитой расположились в мельнице на небольшом холме, который закрывал армию с тыла и с которого он мог контролировать ход всего сражения.
В такой сильной оборонительной позиции Эдуард отдал коннице приказ принять сражение спешившись. Он разделил армию на три крупных части. На правом фланге в соответствии с традицией располагался авангард армии под номинальным командованием шестнадцатилетнего сына Эдуарда III Чёрного Принца (фактически правым флангом командовал граф Уорик). Арьергард на левом фланге возглавил граф Нортхемптон. Войсками в центре руководил сам король. Английские лучники расположились в виде клиньев, полых или заполненных, впереди позиции рыцарей и латников вдоль гребня холма.
Ход сражения Французская армия, ведомая самим Филиппом VI, была сильно дезорганизована по причине излишней уверенности французских рыцарей в исходе сражения. Филипп разделил свои силы на три «баталии», поместив в их авангарде шеститысячный отряд генуэзских наёмников с арбалетами под командованием адмиралов Антонио Дориа и Карло Гримальди, расположив за ней вторую «баталию» во главе с графом Карлом Алансонским, состоявшую как из тяжеловооружённых всадников, так и пеших ополченцев, а третью баталию под командованием отвёл в тыл.
Французы начали сражение около 16 часов вечера, невзирая на то, что король Филипп предлагал начать наступление с утра. Первыми в атаку пошли арбалетчики, устроившие ливень стрел, чтобы дезорганизовать и навести ужас на английскую пехоту. Этот первый манёвр сопровождался воинственными криками и звуками музыкальных инструментов, привезённых Филиппом VI, чтобы напугать врага. Но атака арбалетчиков оказалась совершенно бесполезной. Имея скорострельность от 3 до 5 стрел в минуту, они не шли ни в какое сравнение с английскими лучниками, которые за то же время могли произвести 10—12 выстрелов. Более того, некоторые историки считают, что арбалеты пострадали от дождя, прошедшего перед битвой, в то время как простой лучник мог легко отвязать тетиву своего лука на время ненастья. Арбалетчики не имели при себе даже павез (щитов, обычно использовавшихся в качестве защиты во время длительной перезарядки), которые остались в отставшем обозе. Существуют непроверенные данные, что и основной запас своих стрел арбалетчики оставили там же, хотя вышеназванный Бёрн считает подобные оправдания надуманными, указывая настоящей причиной упадок боевого духа, вызванный недавним поражением при Бланштаке.
Жан Фруассар дал следующее описание начала сражения в своих «Хрониках»:
«Англичане, разделённые на три рати, совершенно спокойно сидели на земле, но лишь только увидели приближающихся французов — сразу поднялись на ноги и очень собранно, без малейшего страха построились к бою… Тогда арбалетчикам дали дорогу, но некоторые из них показали, что вовсе не горят желанием идти в бой, поскольку они уже совсем устали, пройдя шесть лье пешком от самого Абвиля и неся на себе свои арбалеты… Эти речи были переданы графу Алансонскому, который из-за них жестоко разгневался и сказал тем, кто находился рядом: „Поглядите! Приходится обременять себя таким сбродом! Они хороши только за столом! Убить их всех! От них больше помех, чем пользы!“… Когда все генуэзцы собрались вместе и уже должны были наступать на англичан, они дружно, многими голосами начали вопить, чтобы напугать англичан… Они продвинулись ещё дальше, натянули тетивы своих арбалетов и начали стрелять. Когда английские лучники увидели, что происходит, то сделали один шаг вперёд и выпустили свои стрелы, которые стали падать и сыпаться на генуэзцев столь густо, что это напоминало снег…»
Английские лучники, таким образом, ответили противнику только тогда, когда до него оставалось примерно 150 ярдов, чтобы стрелять наверняка, и напуганным и сбитым с толку генуэзским арбалетчикам пришлось с тяжёлыми потерями отойти. Примерно в это же время французская конница решила, что пришло её время, и поскакала в атаку прямо через отступающих генуэзцев, безжалостно растоптав многих из них. Продолжая стрелять по наступающей коннице, англичане вывели из строя множество французских рыцарей.
Фруассар пишет, что англичане, «чтобы напугать генуэзцев, разрядили несколько пушек, которые были в их войске», далее не упоминая об орудиях, так как для повторного выстрела подобной примитивной артиллерии требовалось долгое время. В «Больших французских хрониках» и в продолжении хроники Гийома де Нанжи уточняется, что таких артиллерийских орудий в распоряжении англичан было всего лишь три, а сам Фруассар в сокращённом варианте своей хроники говорит о «двух бомбардах».
В то же время, флорентийский историк Джованни Виллани утверждает, что пушки нанесли опустошительный урон на поле боя, указывая при этом, что они продолжали стрелять и далее по ходу сражения, в том числе по французской коннице:
«В дело вступили также бомбарды, сотрясавшие воздух и землю с таким шумом, что, казалось, разгневался бог-громовержец. Они наносили большой урон людям и опрокидывали лошадей… Сзади напирал отряд герцога Алансонского, который прижимал генуэзцев к повозкам, и те не могли ни остановиться, ни стрелять, находясь под огнём из луков и бомбард, так что потеряли множество убитых и раненых… Всадники всё время натыкались на трупы генуэзцев из первого полка, которыми было покрыто всё поле, а также на упавших и мёртвых лошадей, израненных стрелами и выстрелами из бомбард…»Виллани Джованни. Новая хроника, или История Флоренции. — С. 442—443.
Увидев неудачу арбалетчиков, французская кавалерия выстроилась рядами и тоже пошла в наступление. Однако подъём на холм и искусственные препятствия нарушили стройность кавалерийских рядов, а стрельба из длинных луков не прекращалась ни на минуту. Французам не удалось нарушить боевой строй англичан даже после 17 атак и ужасающих потерь. Отряд Чёрного принца, сына Эдуарда III, также отражал нападения, но Эдуард отказался направить подмогу, заявив, что сын должен сам заслужить звание рыцаря. Впоследствии принц действительно приобрёл себе славу выдающегося воина.
С наступлением ночи раненый Филипп VI отдал приказ об отходе. Так Франция потерпела сокрушительное поражение.
Вопрос о том, как английским лучникам удалось в течение нескольких часов поддерживать «ливень стрел», остаётся дискуссионным. Даже имея два колчана, лучник располагал запасом максимум в 60 стрел, то есть мог их выпустить буквально за 10—15 минут стрельбы. Подбирать выпущенные стрелы после отражения очередной атаки французов, как допускает Бёрн, могла лишь часть стрелков из первых шеренг, но и это было слишком рискованно: внизу, вне холма, полевых укреплений и строя латников, да ещё и разрозненные, лучники стали бы лёгкой добычей для французских рыцарей и конных сервиентов. Следовательно, у англичан был большой запас стрел в обозе, и была организована оперативная доставка «боеприпасов» стрелкам. Кроме того, французы наступали не прямо на английский фронт, а отдельными частями, разворачиваясь прямо с марша с боковой дороги, в результате каждый французский отряд оказывался под ливнем стрел не только с фронта, но и с флангов.
Потери сторон в битве
Потери в битве были весьма значительны: Французские и генуэзские потери оценивались от 10 до 20 тысяч человек; наиболее вероятной цифрой представляется 15 тысяч убитыми и ранеными, в том числе 11 принцев и 1542 всадника, включая рыцарей, сервиентов и оруженосцевCrécy // Encyclopædia Britannica, 11’th ed. — Vol. 3. — Cambridge University Press, 1911. — p. 390.. Англичане, по их собственным данным, потеряли от 150 до 250 человек убитыми, что, вероятно, является весьма заниженной цифрой. В любом случае, реальные их потери вряд ли превышали тысячу человек.
Среди убитых с французской стороны оказались такие высокородные дворяне, как: