Челоби́тная — особый вид документа Московской Руси, излагавшего просьбу или жалобу по гражданскому или уголовному делу. По челобитной возбуждались судебные дела, кроме политических, по которым подавался «извет». Просьбы на имя царя также подавались в форме челобитной.
Челобитные писались либо площадными подьячими (профессиональными писцами и нотариусами Московской Руси XVI—XVII столетий), либо сельскими, мирскими, церковными дьячками, мелкими «приказными» всякого рода: приказчиками, старостами, целовальниками, сидельцами и так далее, либо же лично авторами текста, которые обладали навыками делового письма в разной степени. Содержание представляло собой жалобную просьбу, прошение, заявление в целях защиты своих интересов. Все челобитчики, приносившие челобитные на имя царя, должны были стоять у Красного крыльца Грановитой палаты. Челобитные собирали думные дьяки. Челобитные были адресованы русским царям начиная с Фёдора Борисовича и царицам. Также существуют челобитные на имя Лжедмитрия II, шведского генерала Якоба Делагарди, гетмана Яна Сапеги, бояр-правителей эпохи междуцарствия, русских патриархов и архиепископов.
Юридический контекст Формирование челобитной в деловой письменности — долгий процесс: сам термин появился лишь в последней четверти XV века, сменив собой «жалобницу» и «слезницу» — слёзную просьбу. Вся предыдущая традиция наименования документов с прошениями или жалобами указывает на «родительские» отношения между государем и его поданными. Смену названия стоит воспринимать как смену вектора отношений на более деловые.
Согласно «Судебнику» 1497 года, утверждённому в период правления Ивана III, обязанности судей несли бояре. В целях ограничения их власти эти обязанности разделяли с ними ещё и дьяки: им и подавались челобитные. Дальше письменные прошения проходили рассмотрение у бояр: только через них оно могло попасть на рассмотрение государю.
Важным условием в процессе рассмотрения дела был факт стопроцентного решения вопроса: согласно Судебнику, жалоба не просто должна быть рассмотрена, а должна быть решена в обязательном порядке. За несоблюдение на бояр мог быть наложен штраф. Больше всего челобитных подавалось на имя государя: это отголосок прежней «родительской» традиции отношений.
Большое количество челобитных на имя государя исправило утверждение нового свода законов — «Судебника» 1550 года, во время правления Ивана IV, который утвердил создание Челобитного приказа, что находился возле Благовещенского собора в Кремле, — специального государственного учреждения, образованного для рассмотрения челобитных и вынесения решений по ним. Более того, функции Челобитного приказа не ограничивались только делами, связанными с поступающими жалобами: учреждение также обязывалось наблюдать за работой остальных приказов. Судебные чиновники в лице бояр могли передавать жалобы на рассмотрение царю, когда понимали, что их компетенций не хватало для разрешения поданной жалобы. Таким образом, номинально сформировалось два суда — боярский, олицетворением которого была Челобитная изба, и царский, исполняющий роль надзирателя, имеющего высшие судебные компетенции. Более того, челобитные царю могли содержать жалобы на судей: на их бездействие, нежелание разбирать дело, взяточничество. Тогда на основании «расследования» царь направлял свои наставления к действию боярским судьям и остальным, специализирующимся на теме жалобы, приказам. Несмотря на усложнение судебной системы, поток челобитных не уменьшался, из-за чего была введена искусственная мера ограничения — наказание за ябедничество в челобитных. Обычно в таких случаях, кроме приговора, наказанием служило тюремное заключение или битьё кнутом.
С утверждением «Соборного уложения» в 1649, в период правления Алексея Михайловича, система судебного функционирования челобитных усложнилась: к тому времени оформилась приказная система управления — центральный орган для рассмотрения челобитных. Высшими судебными полномочиями всё также обладает царь, следом за ним — Боярская дума, далее — думные чины и воеводы на местах, которые всё также образовывали Челобитный приказ. Во главе приказа находились начальные люди, которые назначались царём из Боярской думы.
Челобитные подавались в площадные избы — палатки, которые можно было найти на городских площадях. Далее челобитные рассматривались в Приказных избах — воеводские канцелярии на местах, где состоялся присуд — рассмотрение просьбы, изложенной в поданном документе, обоснования просьбы, а также вынос окончательного решения. В случае особо сложных дел на места выезжал служивый человек из Москвы, который должен был решить дело на месте. Существовало понятие «нарядного письма» — поддельной челобитной, за которую полагалась смертная казнь.
В 1685 Челобитный приказ упразднился из-за значительного сужения прав и обязанностей, которые перешли к Приказу Великого государя тайных дел, а в 1699 — объединился с Московским Судным приказом, который просуществовал всего лишь один год. Несмотря на короткую историю, Челобитный приказ доказал свою роль в снятии социального напряжения и зарождении эффективных юридических органов.
Социальный и политический контекст Челобитная служит одним из ключевых для реконструкции русского политического и социологического контекста XV—XVIII вв. текстов, поскольку как источник она находится на стыке между официальными и частно-деловыми документами.
Челобитная как политический институт Челобитная в первую очередь существовала для обеспечения коммуникации между просителем (чаще всего представителем низших сословий или классов в иерархии русского общества) и государем. На ранних этапах существования челобитной (XIV—XVI вв.) она была наименее формализована — не только потому, что находилась в процессе зарождения как документа, но и в связи с менее официальным характером отношений между самодержцем и подданными. До обозначения обращения к государю или иным представителям властной структуры (например, боярам или землевладельцам) как «челобитная», это обращение именовалось «жалобницей», соотносящейся с представлениями о патриархальной системе русского общества. «Жалобница», равно как и челобитная в первые годы своего существования, обращалась непосредственно к государю. Судебник Ивана III, придав челобитной официальный статус, с одной стороны, «укрепил» её как документ, с другой — заменил непосредственные отношения «проситель—государь» отношениями с посредником: теперь прохождение и рассмотрение челобитных, обращённых к царю, осуществлялось только через бояр. Юридическое решение сформировало укоренившуюся на несколько веков русскую политическую картину, в которой бояре (и впоследствии дворяне) выступали как посредники между народом и властью. Учреждённый при Иване IV Челобитный приказ продолжил институционализацию политических отношений на Руси и задал направление для бюрократизации аппарата управления.
Одновременно с утверждением формы подачи челобитной, официально закрепляется и форма её составления, за нарушение которой полагалось тюремное заключение или телесное наказание. В дальнейшем отражением политической динамики русского государства становится именно оформление челобитной. Так, одним из главных политических «маркеров» в челобитной служит оформление имени адресата (имеются в виду именно челобитные, направленные государю). Так, до середины XVII века стандартное обращение к монарху выглядело таким образом: «Государю царю и великому князю» или «Царю государю и великому князю». Однако Алексей Михайлович издаёт ряд указов, устанавливающих написание царского титула с обязательным указанием новых земель, включённых в состав Московского государстваТалина Г. М. Царская власть в XVII веке: титулование и положение . URL: https://www.portalslovo.ru/history/35633.php?ELEMENT_ID=35633&SHOWALL_1=1 (дата обращения: 10.11.2020).. Пётр I вновь реформировал обращение просителя к государю, заменив его следующим: «всепресветлейший державнейший император и самодержец Пётр Великий, отец Отечествия, государь всемилостивейший». Эта замена указывает на новое политическое достижение государства — становление России империей. При Екатерине II с формальным оформлением челобитной тоже произошло значительное изменение, однако уже не в обращении, а в подписи самого просителя. Императрица издаёт указ, призывающий подпись «всеподданнейший раб» заменить на «верный подданный», а «бьёт челом» на «приносит жалобу». Так, модель взаимодействия «проситель — государь», работавшую обыкновенно снизу вверх, монархи используют в собственных целях «сверху вниз» — оповещают население о политической ситуации в государстве: о территориальных изменениях (присоединении земель), изменениях в статусе (становление империи) или политическом курсе (политике просвещённого абсолютизма).
В то же время, политическая составляющая челобитной для просителя заключалась в выборе адресата. Выбирая того, к кому адресовать жалобу или просьбу, проситель определял для себя авторитетного представителя власти и властную иерархию. В частности, в период Смуты графа адресата в челобитных одной местности могла значительно отличаться — не только в связи с характером обращения к власти, но и в связи с политическим выбором, совершаемым просителем. Кроме того, существуют примеры, когда челобитную как действующий коммуникационный канал между государем и просителем использовали для выстраивания диалога с государем. Так, боярский сын Иван Пересветов адресовал Ивану IV челобитную, основное содержание которой — не прошение, а изложение «образцов» правления и пути к построению справедливого царстваЕрусалимский К. Ю. Греческая «Вера», турецкая «Правда», русское «Царство». . . : ещё раз об Иване Пересветове и его проекте реформ // Вестник РГГУ. Серия: Литературоведение. Языкознание. Культурология. 2011. № 7 (69). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/grecheskaya-vera-turetskaya-pravda-russkoe-tsarstvo-esche-raz-ob-ivane-peresvetove-i-ego-proekte-reform-1 (дата обращения: 16.11.2020)..
Челобитная как социальный институт Челобитная как частно-деловой документ позволяет, во-первых, реконструировать правосознание и мировоззрение среднестатистического жителя Руси и России. По замечанию Е. Н. Марасиновой, «поток откровений на высочайшее имя воспроизводил реалии повседневной жизни русского общества, действительно насущные проблемы людей, их отношение к власти и мировосприятие в целом»Марасинова Е. Н. Психология элиты российского дворянства последней трети XVIII века (по материалам переписки). М.: РОССПЭН, 1999. С. 256.. На обозрение государя частными просителями представлялись по большей части дела, касающиеся земельного деления, сбора оброка или хлебных и денежных жалований. Челобитные необходимо рассматривать в первую очередь как субъективные документы, в которых за чередой официальных формул располагается крайне экспрессивное повествование. Тем не менее совокупность тематически или хронологически близких друг другу челобитных позволяет составить довольно точные картины социальной действительности. Так, например, «серия» челобитных, представленных государю «полоняниками», репрезентирует положение русских людей, побывавших в рабском плену в Османской империи (XVII в.)Лавров А. С. Расспросные речи и челобитные «полоняников» как источник о рабстве в Османской империи в XVII в. // Исторический вестник. 2019. С. 146—165..