Галлиполи́йское сиде́ние (Русская армия в Галлиполи, галлиполийцы) — стояние лагерем регулярных частей Русской армии в окрестностях греческого (на то время) города Галлиполи (турецкое название города — Гелиболу). Преимущественно это были части 1-го Армейского корпуса генерала Кутепова. Войска эвакуировались из Крыма в ноябре 1920 года. Последние части покинули лагерь в мае 1923 года.
Прибытие В ноябре 1920 года Русская армия генерала П. Н. Врангеля — последняя вооруженная сила белогвардейцев на Юге России — эвакуировалась из Крыма в Константинополь. Всего прибыло около 130 судов разного типа и назначения, как военных, так и гражданских. На них в Константинополь из Крыма эвакуировалось почти 150 тысяч военных и беженцев.
Через две недели стоянки на рейде Константинополя после долгих препирательств с французским оккупационным командованием, армии было разрешено сойти на берег и разместить её в трех военных лагерях. Основной лагерь для регулярных частей Русской армии, которые были сведены в 1-й Армейский корпус, был разбит возле Галлиполи, на северном побережье пролива Дарданеллы, в 200 км к юго-западу от Константинополя. Два других — в Чаталадже близ Константинополя и на о. Лемнос — были предназначены для донских, терских и кубанских казаков.
22 ноября 1920 года на рейде портового городка Галлиполи встали первые русские пароходы «Херсон» и «Саратов», пришедшие из Константинополя.
Никанор Васильевич Савич, харьковчанин, известный земский деятель, депутат Государственной думы, член правительства Юга России, писал в своих воспоминаниях следующее:
Было ясно, что только поддержанием видимости военной организации можно влить в душу этих несчастных новую веру в себя и в своё назначение, заставить их подтянуться нравственно, вновь собраться с духом и поверить, что в прошлом они были правы, проливая свою кровь за Родину, и в будущем для них не все ещё потеряно… Люди, входившие в состав полков, батарей и прочих частей, после высадки невольно жались друг к другу. Они были бесприютны и беспризорны, выброшены на пустые и дикие берега, полуодеты и лишены средств к существованию. Большинство не имело ничего впереди, не знало ни языков, ни ремесла.
Состав русской армии в Галлиполи
Всего в Галлиполи прибыло 26.590 человек, и за все время через лагерь для беженцев прошло 4.650, из них офицеров 1.244 и солдат 2.406, то есть ушло менее одной седьмой части корпуса.
Нельзя сказать, чтобы это прошло безболезненно: часто с уходящими старыми соратниками прощались с искренним сожалением от того, что в дальнейшем их дороги расходятся, а с солдатами, особенно из последнего пополнения пленными, расставались дружески, с благодарностью им за то, что они помогли нам в последних боях с честью их закончить.
1-й Армейский корпус к 1 января 1921 года насчитывал 25 868 человек — 9 540 офицеров, 15 617 солдат, 369 чиновников и 142 врача и санитара. Кроме того, в составе частей числилось почти 90 воспитанников — мальчиков 10—12 лет. С корпусом также находились женщины и дети, которых было соответственно 1444 и 244. Командиром корпуса был назначен генерал Александр Кутепов.
Французский комендант города заявил, что все части корпуса не могут поместиться в городе и должны расположиться в лагере, для которого отведена долина в 6 километрах от города. Генералу Кутепову подали лошадь и дали проводника для осмотра будущего лагеря в долине «роз и смерти», названной так потому, что в протекающей там маленькой речке водились ядовитые змеи и вдобавок к ним небольшие породы удавов. В долине было две небольших турецких фермы и кое-где росли деревья, а вдали возвышались горы полуострова. При виде этого у генерала Кутепова невольно вырвалось: «И это все?!» Но, как ни печальна была картина, лагерь нужно было устраивать. На второй день французы выдали палатки и немного необходимого инструмента. Сергиевское военное училище также расположилось в лагере в 1 км от города возле французской военной базы за заливом Хамзакой.
Корпус включал штаб (начальник — генерал-майор Борис Штейфон), 1-ю пехотную дивизию генерал-лейтенанта В. К. Витковского, 1-ю кавалерийскую дивизию генерал-лейтенанта И. Г. Барбовича. Все полки, кроме именных, были расформированы, а их личный состав влит в сохранившиеся именные «цветные» части. Также все штаб-офицеры, не получившие новых должностей, были из армии уволены. В пехотную дивизию вошли Корниловский ударный полк, Марковский и Алексеевский пехотные, Сводно-стрелковый генерала Дроздовского полк, артиллерийская бригада под командованием генерал-майора А. В. Фока. При каждом из полков был сформирован конный дивизион и инженерная рота. Кавалерийская дивизия была сформирована из регулярной кавалерии — 4 сводно-конных полка и конно-артиллерийский дивизион. В состав корпуса вошли также Технический полк и Железнодорожный батальон. Позднее были образованы учебно-офицерский кавалерийский полк и учебная артиллерийская батарея. Действовали 6 военных училищ. Из расформированных гвардейских частей был создан гвардейский отряд (до батальона). Покинувшие ряды 1-го Армейского корпуса и перешедшие на гражданское положение проживали в специальном беженском лагере, расположенным по другую сторону шоссейной дороги со стороны моря сразу за каменным мостом.
Устройство Галлиполийского лагеря
Питание в Константинополе было скудным. Все вывезенные из Крыма запасы были отобраны «союзными комиссиями» в счет обеспечения проживания армии. Если и оказывалась помощь, то только из благотворительных источников, так, например, один килограммовый хлеб выдавался на 16 человек или две галеты на два дня. В Галлиполи все питание французы взяли в свои руки. В залог за это были взяты все вывезенные запасы продовольствия и корабли.
С февраля 1921 года построенная русскими хлебопекарня выдавала ежедневно 15 тонн хлеба. В марте ежедневный паек включал 500 гр. хлеба, 200 гр. консервов, 100 гр. круп, а также немного жиров, соль, сахар.
Общая стоимость питания 1-го армейского корпуса за 10 месяцев обошлась французам в семнадцать миллионов франков, что было полностью оплачено вывезенными из Крыма товарами.
Для улучшения питания были приняты меры. Так, Корниловский Ударный полк арендовал клочок земли и ему удалось собрать с него небольшой урожай. В Дарданелльском проливе была организована рыбная ловля, которая, благодаря строгим мерам французов, смогла своими уловами только оплатить купленные снасти. Как массовое, но запрещенное явление, существовал «загон», продажа обмундирования и имущества на местном рынке.
Поступала помощь из благотворительных учреждений Бельгии, Греции и особенно из Америки. Благодаря деятельности майора Дэвидсона из Американского красного Креста до 1 августа всех грузов в лагерь прибыло около 1.500 тонн.
В Галлиполи армия разместилась в старых бараках и полуразрушенных войной домах, которые были плохим жильём в зимний период. В этих условиях начались болезни, за первые месяцы умерло около 250 человек. Это было одним из самых тяжелых испытаний Белой армии. Первое время Генерал Врангель смог посетить Галлиполи несколько раз официально, но затем был изолирован французами от русских частей. Сохранились редкие фотоснимки посещения генералом Врангелем Галлиполи и лагерей, сделанные иностранными корреспондентами и любителями из 1 Армейского Корпуса. Поддержанием духа воинов занимались Кутепов и Штейфон.
Для поддержания на должной высоте доброго имени и славы русского офицера и солдата, что особенно необходимо на чужой земле, приказываю начальникам тщательно и точно следить за выполнением всех требований дисциплины. Предупреждаю, что я буду строго взыскивать за малейшее упущение по службе и беспощадно предавать суду всех нарушителей правил благопристойности и воинского приличия…
Благодаря волевой и энергичной деятельности генерала Кутепова разгромленная и фактически интернированная армия ожила.
Хотя и на пустой желудок, но с появлением построенной русскими инженерами узкоколейки на конной тяге приведение лагерной жизни в порядок пошло ускоренным темпом. Было подобрано и использовано все брошенное после войны турками и союзниками имущество. Несмотря на невыносимую тесноту в палатках, было приказано построить сплошные кровати, чтобы не спать на земле.
Перед передней линейкой каждого полка была построена «знаменная будка», где, например, у корниловцев хранились: Чёрно-Красное знамя 1-го Ударного Отряда, вручённое полку в первую великую войну в 1917 году самим генералом Корниловым; Георгиевское знамя бывшего Георгиевского батальона при Ставке Верховного Главнокомандующего в великую войну; Знамя 75-го пехотного Севастопольского полка, Знамя 133-го пехотного Симферопольского полка; Николаевское знамя 1-го Корниловского ударного полка; Николаевское знамя 2-го Корниловского ударного полка; Николаевское знамя 3-го Корниловского ударного полка и флаг Корниловской ударной дивизии (см. фотографию).
С 21 января 1921 года в полках начались регулярные занятия, а выправка и внешний вид частей постепенно принимали традиционный вид. С наступлением тепла все части, кроме корниловцев, перешли на белые гимнастерки и белые фуражки, получившие название «галлиполийки». Многочисленных гостей, включая представителей французского командования, поражали периодические парады, рассеивавшие ложные представления о разложении армии. С января-февраля в Галлиполи функционировали 6 военных училищ, в которых к 1 октября числилось 1482 юнкера, гимнастическо-фехтовальная школа, художественные и театральные студии, библиотека, разнообразные мастерские, гимназия, 7 храмов и даже детский сад. Проводились спортивные состязания, футбольные матчи и соревнования по плаванию.
Нарушителей дисциплины ждали три гауптвахты. Вместе с тем, в корпусе была активная культурная жизнь. Издавались машинописные журналы с массой стихов и рисунков, которые печатались в канцелярии штаба корпуса по ночам, когда были свободны пишущие машинки. Издавались также рукописные журналы с рисунками. Так, например, Николаевское кавалерийское училище издавало рукописный сатиристический журнал «Школьная Заря», где редактором был будущий знаменитый художник-каррикатурист С. Соловьев. Устраивались концерты, на которых часто выступала Надежда Плевицкая, жена командира Корниловского полка генерала Скоблина. Работали два театра: городской и лагерный. Выпускалась «устная газета», зачитывавшаяся по репродуктору.
Для поддержания на должной высоте доброго имени и славы русского офицера и солдата, что особенно необходимо на чужой земле, приказываю начальникам всех степеней строго следить за выполнением всех требований дисциплины. Вверенный мне корпус должен быть образцовым в войсках Русской Армии и пользоваться тем же уважением иностранцев, каким пользовалась Русская Армия
По устройстве войск на новых местах главной заботой начальников всех степеней должно быть создание прочного внутреннего порядка во вверенных им частях. Дисциплина в Армии и на Флоте должна быть поставлена на ту высоту, какая требуется воинскими уставами, и залогом поддержания её должно быть быстрое и правильное отправление правосудия
Здания расположения частей в городе постепенно покрывались целыми картинами, так, к примеру, изображение Московского Кремля украшало одну из стен. В лагерях на знаменных площадках выкладывались картинки из камней. Росло уважение со стороны местного населения к русским, теперь для разрешения возникших споров турки обращались к Кутеп-паше. Постепенно армия создала вокруг себя атмосферу русской государственности.
Конец Галлиполийского сидения
Первый массовый отъезд из Галлиполи был спровоцирован через голову русского командования французами, предложившими желающим выехать на работу в Бразилию и предоставившими для этого пароходы. В мае 1921 года уехало около 3 тысяч человек. Поездка в Бразилию осуществлялась через остров Корсика. Разочаровавшись в условиях труда в Бразилии, через некоторое время многие вернулись обратно.