Степа́н Владисла́вович Бакало́вич (Сте́фан Алекса́ндр Бакало́вич, ; 17 октября 1857, Варшава — 2 мая 1947, Рим) — русский и польский живописец, представитель интернационального салонного академизма XIX века, писавший картины преимущественно на темы из жизни Древнего Рима, трактованные в бытовом плане; также успешно работал в жанре офорта. Академик исторической живописи (1886).
Получил образование в петербургской Академии художеств, с 1883 года поселился в Риме, где прожил более шестидесяти лет, при этом регулярно выставляясь в России; первая выставка в Варшаве прошла в 1903 году. После 1914 года его живопись вышла из моды, и он перестал посылать свои полотна на выставки в Санкт-Петербург. В Италии был также известен как портретист; в 1921 году провёл в Риме персональную выставку. В 1936 году вошёл в состав правления польского общества художников «Капитолий», основанного в Италии. Скончался и похоронен в Риме. Его картины выставлены в постоянной экспозиции Русского музея и Третьяковской галереи, Национального музея в Варшаве, Киевской картинной галереи, ряда провинциальных музеев, представлены в частных собраниях.
Биография
Годы становления
Стефан Бакалович родился 17 октября 1857 года в Варшаве (Царство Польское) в семье польского исторического живописца Владислава Бакаловича и известной в то время варшавской актрисы Викторины Бакаловичевой, которые разошлись в 1861 году. Род Бакаловичей — галицийский по происхождению, преимущественно из Кракова. В дальнейшем Стефан сделался космополитом: хотя родным его языком был польский и он в совершенстве овладел русским, всю жизнь в переписке с родными (включая сводного брата) он предпочитал французский, на котором говорил без акцента и писал, не делая ошибок. Себя он предпочитал именовать на французский лад «Этьен». Художник также в совершенстве владел итальянским и греческим языками.
Первоначальное художественное образование Стефан получил у отца и в Варшавской третьей мужской гимназии, в которой окончил пять классов. С 1874 года в течение двух лет он также посещал частным образом Варшавскую рисовальную школу Войцеха Герсона по классу Александра Каминского. Поскольку Бакалович зарекомендовал себя одарённым учеником, в 1876 году дирекция Варшавской школы ходатайствовала перед Академией художеств о переводе его в Петербург. Стефан Бакалович был принят в фигурный класс, и уже через несколько месяцев за успехи был переведён в натурный класс. Он получал стипендию в 300 рублей в год из бюджета Царства Польского. Его наставниками были В. П. Верещагин и П. П. Чистяков (у этого живописца Бакалович учился частным образом). Успехи молодого художника подтверждаются ежегодно присуждаемыми ему наградами: в 1877 году — малая серебряная медаль за рисунок с натуры и такая же — за этюд; в 1878 году — большая серебряная медаль за этюд; в 1879 году — большая серебряная медаль за рисунок и малая серебряная медаль за эскиз «Смерть Германика»; 1880 год — малая золотая медаль за программу «Иаков узнаёт одежду сына своего Иосифа, проданного братьями в Египет». Эта последняя работа была подвергнута разгромной критике анонимного рецензента на академической выставке 1881 года. Недовольство вызвала как индивидуальная трактовка сюжета, противоречащего библейскому тексту («Изобрази художник палатку, да сидящего в ней в разорванной ризе старца с горем на лице, и перед ним двух еврейских пастухов в , растягивающих пёстрый плащ с пятном крови, — картина вышла бы поразительная»), так и ошибочное изображение на заднем плане сосудов характерно римской формы. Впрочем, по мнению И. Богословской, историческая ошибка стала единственной во всём творчестве Бакаловича, который прославился дотошностью при воспроизведении даже самых маловажных деталей в своих картинах.
Картина «Святой Сергий благословляет Дмитрия Донского на битву и отпускает с ним двух иноков» в 1881 году была удостоена Большой золотой медали Академии художеств, которая давала художнику классное звание первой степени и право на пенсионерскую четырёхлетнюю поездку за границу. Это было единственное обращение Бакаловича к событиям русской истории; оно так и осталось эпизодом в его творческом наследии. Критики отмечали, что художник решил тему в «католическом духе» и князь больше напоминал средневекового рыцаря.
Первым пунктом его поездки стал Краков, где он познакомился с Яном Матейко, работая под его руководством над небольшой картиной из времён войн Литвы с Тевтонским орденом. Приблизительно к этому времени относится экспериментальное полотно «Пир Одина» (условное название дано, когда картина в 2003 году поступила в Третьяковскую галерею на экспертизу). Эта картина, скорее всего, навеяна творчеством Вагнера. По утверждению Валантэна Буайе (Междисциплинарный центр исследований Германии в Париже), Бакалович не воспринял эстетического кредо Матейко, который осуществлял «исторический синтез во славу польской истории», ради которого считал возможными анахронизмы и несоответствие фактам. Напротив, Бакалович стремился к археологической точности, которая питала его художественное восприятие и воображение.
Далее Стефан Бакалович отправился в Париж. Здесь он посещал мастерскую салонного художника Лефевра, который был особенно искусен в писании женских портретов. Это несомненно оказало воздействие на манеру польского живописца. Бакалович в феврале 1883 года так доносил о своих работах в Академию художеств: В Париже я пробыл до начала сентября, работал... у себя в мастерской, потом отправился в Алжир, где считаю побыть ещё два месяца, занимаясь всё это время этюдами пейзажей и туземных типов и нравов.
Академик Императорской академии художеств В 1883 году Бакалович приехал в Рим, и остался в этом городе до конца своей жизни. Мастерская его располагалась на той же улице (виа Маргутта), на которой построил свою виллу и студию Генрих Семирадский. Дружеские отношения связывали двух польских академистов вплоть до кончины Семирадского в 1902 году. Бакалович полностью сосредоточился на античной теме и даже участвовал в археологических раскопках. В Академию он писал в 1884 году: Занимаясь специально этого рода сюжетами, одно из главных моих занятий здесь — изучение греко-римской археологии и искусства, древней литературы и истории.
В 1880-е годы он много ездил по Италии, писал этюды и пейзажи Неаполитанского залива. Первой картиной, присланной Бакаловичем в Академию художеств из Италии, была программа «Гладиаторы перед выходом на арену», которая привлекала современников точным воспроизведением археологических деталей. В 1884 году большим успехом пользовалась большая картина Бакаловича «Весна», отправленная в следующем году на академическую выставку в Петербург вместе с полотном «Римлянка у восточного купца и колдуна». «Художественные новости» сообщали, что «Весна» «прекрасно задумана», а её главным сюжетом является «итальянский пейзаж в самую лучшую пору весны», с которым соотнесены фигуры двух влюблённых. Ирина Богословская отмечает, что произведение построено на контрасте изощрённой деталировки и незамысловатой фабулы. Вполне очевидны параллели пробуждения природы и зарождающихся чувств влюблённых. О любви свидетельствует и цветущая розовая веточка в руках молодой римлянки. В правой нижней части картины у ног персонажей показано растение, именовавшееся в античности «эрагростис», то есть включавшее корень «эрос» (любовь). Впрочем, М. Крыжановская относила «Весну» и «Римлянку у восточного купца» к переходному этапу от ученичества к зрелости художника: он «поражает блеском и точностью» в изображении аксессуаров, костюмов, деталей, но в то же время построение композиции ещё не слишком уверенное, а фигуры плохо связаны с окружающей средой и отличаются некоторой надуманностью поз. Впрочем, уже в работах, созданных после «Вечернего разговора», этих недостатков не было.
В 1886 году Бакалович направил в Петербург уже три картины: «Соседки» (Саратовский художественный музей имени А. Н. Радищева), «Вечерний разговор» (Чувашский государственный художественный музей), и «Римский поэт Катулл, читающий друзьям свои произведения». За эти картины в 1886 году ему присудили звание академика исторической живописи. «Катулла» приобрёл для своей галереи П. М. Третьяков. Согласно М. Крыжановской, эта картина «красиво скомпонована, тонкая по колориту» и привлекает зрителя «изяществом и поэтичностью». Персонажам дана живая характеристика, позы их естественны и свободны, а гармоничное сочетание тонов растительности и одеяний сообщает картине элегичность и большую силу художественной выразительности.
В 1887 году В. Е. Савинский писал из Рима: Полюбили у нас жизнь помпейскую — мода. Бакалович повторения делает своих картин, так нарасхват и тянут у него, заказ за заказом сыплются; ему к руке — женился ведь. Живёт хоть куда и пополнел даже.
Действительно, в ноябре 1886 года 29-летний художник женился на дочери генуэзского судовладельца Джузеппине Алоизи. Она получила музыкальное образование, в дальнейшем работала в лондонской комиссии мануфактуры по производству кружев. Свидетелями на свадьбе были участники русской художественной колонии в Риме В. Е. Савинский и А. Риццони.
Конец 1880-х годов для Бакаловича был весьма плодотворным: на выставку 1888 года он вновь направил четыре работы, в том числе «Клиенты, ожидающие в атриуме выхода патрона», её повторение — «В приёмной Мецената». По мнению критиков, очень поэтичной была работа 1889 года «Майский вечер». «Бакаловичем восхищались, сравнивали с Г. И. Семирадским, называли русским Альмой-Тадемой, превозносили его изумительное мастерство и тонкость письма, красоту композиции и рисунка, грациозность и поэтичность сюжетов». В следующее десятилетие Бакалович часто повторял понравившиеся заказчикам сюжеты, зачастую писал чисто декоративные картины, ограничиваясь изображением женской фигуры на фоне драпировок или стен. В Италии он прославился также как портретист, но эти работы в России не выставлялись и не пропагандировались критиками.
Египетские работы Бакаловича получили определённый резонанс. В польском журнале «Tygodnik Ilustrowany» сообщалось, что в 1904 году художник провёл в Египте пять месяцев (поднявшись по Нилу до Луксора и Асуана) и даже заработал глазное заболевание. По результатам он представил несколько картин из древней и современной жизни страны пирамид, включая «Моление Кхонсу», а также пейзажи. О картине «Моление Кхонсу» рецензент писал, что прошлое здесь «воспроизведено с наивозможной достоверностью». Особого упоминания удостоился жрец, который встречал восходящую Луну так, как «сегодня мулла на заходе солнца провозглашает хвалу Аллаху с высоты минарета». Иными словами, художник смотрел на жизнь современного ему Востока через своего рода «линзу вечности», воспринимая Египет как вневременной регион, в котором мало что менялось на протяжении веков. Впрочем, во время второй длительной поездки в Египет в 1912 году, Бакалович впервые писал реальную каирскую жизнь, и даже исполнил на дереве два портрета племянников хедива. Он также исполнил большой городской пейзаж «Вечер в Каире», для которого стремился вместить в панорамную композицию как можно больше архитектурных памятников. Для этого художник изменил визуальный масштаб местности и сблизил сооружения, в реальности расположенные далеко друг от друга. Художественное решение подчёркнуто контрастом желтовато-бежевого песка и безоблачной небесной голубизны.
Стефан Бакалович состоял в Обществе художников исторической живописи (с 1895 года), был действительным членом Петербургского общества художников (в 1900—1917 годах), а также польского общества «Захента» (с 1903 года). В Риме в 1902 году открылась Русская библиотека имени Н. В. Гоголя, основу которой составило собрание прекратившего своё существование «Клуба русских художников в Риме». Располагалась библиотека в бывшей мастерской Кановы. В Комитет библиотеки, основанный в 1905 году, вошёл, среди прочих старожилов итальянской столицы, и БакаловичРусская читальня им. Гоголя в Риме . — Рим, 1913. — 20 с..