Улага́евский деса́нт или Кубанский десант — общепринятое название (по имени его руководителя — генерал-лейтенанта С. Г. Улагая) десантной операции частей Русской армии ВрангеляВрангель П. Н. Записки «28-го апреля я отдал приказ о наименовании впредь армии „Русской“. Соответственно с этим, корпуса должны были именоваться армейские по номерам, казачьи по соответственному войску.» на Кубани, проведённой 1 (14) августа — 25 августа (7 сентября) 1920 года во время гражданской войны в России.
Цель операции Несмотря на то, что к началу августа 1920 г. на счету Русской Армии имелся уже целый ряд очевидных военных успехов, они всё же не носили решающего характера, и врангелевцы, даже несмотря на выход свой из Крыма, оставались всё же запертыми в Северной Таврии. В ситуации, когда белые могли держаться против превосходящих сил красных (к которым, к тому же, непрерывно подтягивались свежие силы) лишь благодаря «манёвру» одними и теми же частями, которые от этого несли дополнительные потери и изматывались, Главному командованию становился очевидным вероятный исход такого рода военных действий, а также тот самый факт, что для перелома ситуации необходимы какие-то кардинальные действия с перехватом стратегической инициативы у большевиков. В этой связи с июля 1920 г. начал разрабатываться план крупной десантной операции на Кубань.
По плану Главнокомандующего Русской Армии генерал-лейтенанта барона Врангеля, высадка крупного десанта из Крыма могла расширить социально-экономическую, политическую и территориальную базу Белого движения. Создать новый антисоветский фронт решено было на Кубани, так как белая разведка доносила, что казаки повсеместно враждебно относятся к советской властиБелый десант на Кубани. Август 1920 / Сост. Д. И. Степанченко. — Краснодар: Советская Кубань, 2000. — 64 с., илл. — Тираж 500 экз. — ISBN 5-7221-0344-6.
Высадка должна была быть осуществлена в трёх местах. Мобилизуя антисоветски настроенное местное население (кубанское казачество), высадившиеся части должны были занять Екатеринодар, Майкоп, и, в дальнейшем, всю Кубань.
Состав десанта (Группа Улагая) Все силы десанта именовались Группой особого назначения. В состав десанта вошли конные дивизии Н. Г. Бабиева, А. М. Шифнер-Маркевича, пехотные части Б. И. Казановича — всего 4,5 тыс. бойцов при 12 орудиях, 130 пулемётах, нескольких броневиках и 8 аэропланахВрангель П. Н. Воспоминания. Южный фронт (ноябрь 1916 г. — ноябрь 1920 г.). Часть II. — М.: ТЕРРА, 1992. — 474 с. — ISBN 5-85255-139-2 — с. 243. Советские историки приводят другие цифры — 4 тысячи сабель, 4 тыс. штыков, 17 орудий, 243 пулемёта.
Высадка десанта происходила в районе Ахтари. Командующий: генерал-лейтенант С. Г. Улагай.Начальник штаба: Генерального штаба генерал-лейтенант Д. П. Драценко, с 26.08. — генерал Г. И. Коновалов.
В своём составе группа имела: 1-ю Кубанскую казачью дивизию (конную) (начальник: генерал-лейтенант Н. Г. Бабиев) — около 1000 сабель, 35 пулемётов, 6 орудий; Состав дивизии : Партизанский казачий полк ККВ Уманский казачий полк ККВ Запорожский казачий полк ККВ Корниловский казачий полк ККВ 2-й конно-артиллерийский дивизион Запасной полк 2-ю Кубанскую казачью дивизию (пешую) (начальник: Генерального штаба генерал-лейтенант А. М. Шифнер-Маркевич) — 900 штыков, 100 сабель, 48 пулемётов, 8 орудий; Состав дивизии : Волчий казачий полк ККВ Черкесский конный полк Кубанский гвардейский казачий дивизион ККВ Волчий стрелковый полк Отдельный Кубанский казачий конно-артиллерийский дивизион Запасной полк Терско-Астраханская бригада : 1-й Терский казачий полк ТКВ 1-й Астраханский казачий полк 2-й Астраханский казачий полк Терско - Астраханский казачий конно- артиллерийский дивизион Запасной дивизион Сводную пехотную дивизию генерала Казановича (1-й Кубанский стрелковый полк, Алексеевский пехотный полк — командир П. Г. Бузун, с Алексеевским артиллерийским дивизионом, Константиновское и Кубанское военные училища) — около 2500 штыков, 50 пулемётов, 12 орудий, 3 броневика и 8 аэропланов; Состав Дивизии : 1-й Партизанский генерала Алексеева полк Кубанский стрелковый полк Кубанское Алексеевское военное училище Юнкерская генерала Корнилова школа Константиновское военное училище Отдельный Алексеевский артиллерийский дивизион Части не входящие в состав дивизии : Отдельная Кубанская инженерная сотня 3-я отдельная телеграфная рота «Волчья сотня» (командир: есаул Колков).
Отдельный отряд генерала Черепова Отдельный отряд генерала Черепова в составе Корниловского военного училища и Черкесского дивизиона (всего около 500 штыков, 2 горных орудия) — высадка в районе Анапы. Не входил в состав десантного отряда и был предназначен для демонстрации совместно с действовавшими в районе высадки повстанцами.
Таманский десантный отряд генерала Харламова Таманский десантный отряд генерала Харламова (2900 чел., 6 орудий, 25 пулемётов) — высадка в районе Таманской.
В своём составе имел: 42-й Донской казачий полк (командир: полковник Никифоров) — 500 штыков; Сводно-казачий дивизион полковника Усачёва.
Силы Красной армии Побережье Азовского и Чёрного морей от Ростова-на-Дону до границ Грузии прикрывала 9-я Кубанская армия Кавказского фронта (командарм М. К. Левандовский, члены РВС С. А. Анучин, Я. В. Полуян) в составе двух стрелковых и двух кавалерийских дивизий, одной стрелковой и трёх кавалерийских бригад (30 тыс. штыков, 4 тыс. сабель, 157 орудий, 771 пулемёт)Гражданская война и военная интервенция в СССР. — М.: Советская энциклопедия, 1987. С. 612..
Её войска были разбросаны на территории Кубанской области, причём большая часть сил вела борьбу с многочисленными повстанческими отрядами: В районе Новороссийска — 22-я стрелковая дивизия; На Тамани — бригада этой дивизии с кавалерийским полком; В районе станиц Крымская, Гостагаевская — бригада 9-й советской дивизии; К северу от Таманского полуострова до самого Ейска побережье наблюдалось частями 1-й Кавказской кавалерийской дивизии («дикой»). Поэтому на самом побережье от Ейска до Новороссийска располагались только 10,5 тыс. солдат.
Силы повстанцев на Кубани Планируя десантную операцию и дальнейший захват Кубани, штаб Врангеля немалую роль в осуществлении данного плана отводил антисоветским партизанским соединениям, действующим в тылу красных.
По советским данным, на Кубани находилось около 30 крупных отрядов общей численностью 13 тыс. человек, самым крупным из которых была «Армия возрождения России» генерала Фостикова численностью 5,5 тыс. бойцов с 10 орудиями и 35 пулемётамиШамбаров В. Е. [/research/shambarov1/index.html Белогвардейщина.] — М.: ЭКСМО, Алгоритм, 2007. — (История России. Современный взгляд). — ISBN 978-5-9265-0354-5 — с. 493..
По данным врангелевской разведки, состав партизанских сил на тот момент был следующимВрангель П. Н. Воспоминания. Южный фронт (ноябрь 1916 г. — ноябрь 1920 г.). Часть II:
Отряд генерала М. А. Фостикова («Армия возрождения России», 15 тыс. штыков и сабель (в реальности только 5,5 тысяч), 5 орудий, 60 пулемётов) — в Баталпашинском отделе в районе станиц Удобная — Передовая — Сторожевая — Кардоникская; Отряд полковника Скакуна (от 400 до 1500 человек) — в плавнях района Ачуева; Отряд полковника Менякова — в районе станиц Суворовская — Бекешевская — Боргустанская; Отряд полковника Лебедева — в районе Анапы;
По свидетельству самого Врангеля, перед началом операции «все попытки установить с генералом Фостиковым непосредственную связь были безуспешны».
Подготовка операции План операции вовсе не был авантюрным, несмотря на предпринятые впоследствии советскими историками попытки представить его таковым, ибо был основан на объективных предпосылках и, с точки зрения закономерностей гражданской войны, давал надежду на крупный успех: в разных отделах Кубани вспыхивали восстания против советской власти; Армия возрождения России генерала Фостикова одержала ряд побед над большевиками и заняла Баталпашинский и часть Лабинского отдела; для связи к генералу Фостикову генерал барон Врангель отправил полковника Меклинга с группой офицеров; непосредственно накануне операции 22 июля (4 августа) 1920 г. Врангелем был заключен договор с правительствами Кубани, Дона, Терека и Астрахани, в соответствии с которым Главнокомандующему Русской Армии предоставлялась вся полнота власти над казачьими вооружёнными силами.
Командовать десантными силами был поставлен генерал Улагай. Свой выбор барон Врангель обосновывал так: Во главе десантного отряда был поставлен генерал Улагай. Заменить его было некем. Пользуясь широким обаянием среди казаков, генерал Улагай один мог с успехом «объявить сполох», поднять казачество и повести его за собой. За ним должны были, казалось, пойти все. Отличный кавалерийский начальник, разбирающийся в обстановке, смелый и решительный, он во главе казачьей конницы мог творить чудеса. Я знал его отрицательные свойства, — отсутствие способности к организации, свойство легко переходить от большого подъема духа к унынию.
Начальником штаба был предложен генерал Драценко, занимавший в тот момент должность представителя Врангеля в Батуми. До этого Улагай и Драценко вместе не работали.
Общее наблюдение над подготовкой операции Врангель поручил генералу Шатилову.
Слабые организаторские способности Улагая и слабая координация между командующим и его штабом начали сказываться уже на подготовительном этапе. По свидетельству Врангеля, Уже прибыв в Феодосию на посадку войск 29-го июля, я мог убедиться в этом. Огромный штаб генерала Улагая, помимо своей громоздкости, производил впечатление совершенно не сорганизованного, собранного видимо из случайных людей, между собой ничем не спаянных. Громадный тыл неминуемо должен был обременить войска.
Готовящаяся операция отнюдь не была секретной и о подготовке к ней было известно в самых широких кругах — в том числе и на Кубани. Кубанцам из других врангелевских частей предоставлялось право перевода в части, которые предполагалось задействовать в десанте. Огромное число беженцев-кубанцев потянулось за войсками вместе со своим скарбом, чтобы вернуться с ними домой. Ехали также члены Кубанской Рады и общественные деятели, о самой операции открыто говорилось и на базарах. Тем не менее, большевистское командование оказалось не готово к встрече десанта. Современный исследователь Гражданской войны пишет о том, что организованная Врангелем столь откровенная шумиха вокруг готовящейся «секретной» операции была принята красными, которые ждали десанта на фланге фронта — на Дону, за очередную дезинформациюШамбаров В. Е. Белогвардейщина. — М.: ЭКСМО, Алгоритм, 2007. — (История России. Современный взгляд). ISBN 978-5-9265-0354-5, стр.494.
По данным флота, на транспорты десанта было погружено 16000 человек при общей численности войск в 5000 штыков и сабель. Все остальное составляли тыловые части и беженцы.
Несмотря на это, советские источники отмечают: Нужно отдать справедливость белому командованию, что <со>средоточение к пунктам посадки, самая посадка, проход через Керченский пролив и следование морем были им организованы весьма искусно и прошли незамеченными для красного командования. (Голубев А. Врангелевские десанты на Кубани. Август-сентябрь 1920 года. М.-Л., 1929. С. 49.)
Пункт высадки белого десанта красному командованию также остался до самого конца неизвестен, поэтому его высадка прошла совершенно без потерь.
Высадка и наступление десанта 30 июля в Керчи погрузка снаряжения на корабли была закончена, и вечером, после молебна, части также погрузились и суда (более 30) пошли мимо таманского берега. Высадка десанта началась 1 (14) августа 1920 года у хутора Верещагинского (7 км севернее станицы Приморско-Ахтарской) — после подавления огнём кораблей слабого сопротивления врага. В самом хуторе располагалась застава в 2 взвода, понеся потери спешно отступившая перед белогвардейцами.
В соответствии с «Большой Советской Энциклопедией», сама станица Приморско-Ахтарская была занята улагаевцами после боя с двумя ротами красноармейцев (500 штыков).