Амаяк Захарович (Захарьевич) Кобулов (, Тифлис, Российская империя — , Москва, РСФСР, СССР) — руководящий работник советских органов государственной безопасности, генерал-лейтенант. С июля 1941 года — нарком государственной безопасности УзССР, а после объединения наркоматов в августе 1941 года — нарком внутренних дел УзССР (1941—1945). Заместитель наркома внутренних дел СССР И. А. Серова в УзССР (1941—1944). Расстрелян в 1955 году как сообщник Л. П. Берии. Признан не подлежащим реабилитации.
Биография Родился в армянской семье. Отец был портным. Младший брат Б. З. Кобулова. Окончил 5 классов Тифлисской торговой школыКобулов А. З. // .
В РКСМ — с 1923 г. Состоял в ВКП(б) с мая 1932 г.
1920-е В апреле-октябре 1921 года — красноармеец 237-го, затем 250-го этапного батальона участка ст. Акстафа.
С мая 1922 г. — безработный в Тифлисе. С августа 1923 г. секретарь народного суда Ахалцихского района. С января 1924 г. — кассир-счетовод Боржомского РИК. С февраля 1925 г. — слушатель курсов кооперации. С июня 1925 г. — бухгалтер-инструктор рабочего кооператива, а с июня 1926 г. — счетовод-статистик стеклозавода в Боржоми. С июля 1927 г. — бухгалтер завода им. 26 Бакинских комиссаров в Тифлисе.
С октября 1927 г. — счетовод, с октября 1928 г. — помощник бухгалтера, с марта 1929 г. — врид бухгалтера Финотдела ПП ОГПУ ЗСФСР и ГПУ Грузии. С августа 1929 г. — уполномоченный, старший уполномоченный, оперуполномоченный 1-го отделения ЭКО ПП ОГПУ ЗСФСР.
В органах безопасности С июля 1934 г. — оперуполномоченный, с декабря 1934 г. — начальник Первого отделения ЭКО УГБ НКВД ЗСФСР и ГССР. С июля 1935 г. — начальник 4-го отделения СПО, с января 1937 г — 3-го отделения 4-го отдела (СПО), с 1 марта 1937 г. — 2-го отделения 1-го отдела УГБ НКВД ГССР.
С августа 1937 г. — начальник Ахалцихского районного отдела НКВД Грузинской ССР, а в мае—декабре 1938 г. — Гагринского районного отдела НКВД Грузинской ССР. Одновременно с ноября 1938 г. — начальник УНКВД, затем — врид наркома внутренних дел Абхазской АССР.
С декабря 1938 г. — первый заместитель наркома внутренних дел УССР, работал с Н. С. Хрущёвым как первым секретарём ЦК Компартии Украины.
С августа 1939 г. — легальный резидент НКВД СССР в Берлине под прикрытием секретаря, а затем — первого советника полпредства СССР в Германии («Захар»). Считается, что А. З. Кобулов, не имея опыта разведывательной деятельности и не владея немецким языком, на этом посту действовал непрофессионально, верил специально подосланным к нему дезинформаторам и, в итоге, сам дезинформировал руководство CССР о, якобы, отсутствии планов у руководства гитлеровской Германии напасть на СССР. В частности, Кобулов завербовал латвийского журналиста Ореста Берлинкса, который получил в НКВД СССР кодовое обозначение «Лицеист». На самом деле Берлинкс был агентом-двойником, который выполнял прямые указания германского руководства. Его донесения, направленные в Москву, принимались Сталиным за чистую монету. Через «Лицеиста» немцы напрямую дезинформировали Сталина, например, о том, что военные приготовления вермахта на советской границе — всего лишь способ давления на СССР с целью добиться определённых уступок. В 1947 году советские власти узнали от бывшего офицера гестапо, что «Лицеист» был двойным агентом и дезинформаторомБольшие братья — 1953 год — Сталинизм: за и против Почитайте — 1001.ru. После войны Берлинкс (Берлингс) эмигрировал в США, по состоянию на 1960-е гг. жил в Бруклине, ЦРУ провело с ним ряд интервьюhttps://www.cia.gov/readingroom/docs/RUPNERS,%20ILMARS_0096.pdf.
1940-е С июля 1941 г. — нарком государственной безопасности УзССР, а после объединения наркоматов в августе 1941 г. — нарком внутренних дел УзССР.
С января 1945 г. — начальник Оперативного отдела, а с февраля 1945 г. — начальник 3-го Управления, одновременно — первый заместитель начальника ГУПВИ НКВД СССР (затем МВД СССР).
Возглавлял расследование самоубийства А. Гитлера — операцию «Миф», в ходе которого проводились допросы всех возможных свидетелей последних дней Гитлера в бункере и идентификация останков, найденных во дворе рейхсканцелярии.
С октября 1945 г. (по совместительству) заместитель начальника Отдела «С» НКВД СССР. С апреля 1950 г. — заместитель начальника и начальник Оперативного управления.
1950-е 1950—1951 гг. − первый заместитель и и/о начальника ГУПВИ МВД СССР, 1951—1953 гг. − начальник УПВИ − первый заместитель начальника ГУЛАГ МВД СССР.
С мая 1953 г. − заместитель начальника Контрольной инспекции при МВД СССР.
В марте 1953 г. генерал-лейтенант в составе советской правительственной делегации принимал участие в похоронах президента Чехословакии Клемента ГотвальдаЖурнал «Советский Союз», № 4 (38), 1953 год, стр. 4..
Арест, суд, казнь После падения Л. П. Берии, чьим покровительством пользовались братья Кобуловы, 27 июня 1953 г. А. З. Кобулов был арестован в ГДР и доставлен в Москву. В сентябре 1954 г. исключён из КПСС.
1 октября 1954 года Военной коллегией Верховного суда СССР приговорён к расстрелу.
8 октября и 26 октября, 9 ноября, 11 ноября 1954 года обращался с просьбами о помиловании в Президиум Верховного Совета CССР и его председателю Ворошилову К. Е. Указывал в своих заявлениях на якобы имевшую место манипуляцию его показаниями на допросах и опровергал обвинения в том, что он выполнял «особые задания» Берии, мотивирую это тем в то время как он действовал в рамках своих служебных обязанностей и не один. В частности, по словам Кобулова, в качестве одного из обвинений следователь Каверин инкриминировал Кобулову «пощёчину» заключённому Иванову при посещении «Сталинградгидростроя», который дал показания на этот счёт. Кобулов сообщил, что Иванов к своим 19 годам был якобы четырежды судим, накануне приезда Кобулова на стройку организовал налёт с целью ограбления на других заключённых, в результате которого были ранены 32 человека. При разговоре с Кобуловым он (исключительно со слов Кобулова) вёл себя дерзко и на угрозу заключить его в тюрьму пообещал перед этим «выпустить кишки» собеседнику. За это Кобулов и дал пощёчину "уголовнику". В действительности же, показания на Кобулова в связи с избиением им заключённого Иванова, основываются не только на показаниях Иванова, но и на заявлениях прокурора лагеря Морокова В. Д. По его словам, узнав о том, что в лагерь прибыл Кобулов по заданию ЦК КПСС для проверки жалобы заключенных о нарушениях законности в колонии, он направился в кабинет опероуполномоченного, где застал Кобулова, сильно избивавшего одного из заключенных (впоследствии идентифицированного как Иванов) в присутствии персонала лагеря. Так, в момент когда Мороков вошёл в кабинет, Кобулов так сильно ударил заключённого Иванова, что тот упал со стула и ударился головой о стену. На требования прекратить избиения, Кобулов нецензурно выругался в адрес советской прокуратуры и заявил что ему безразлично присутствие прокурора. Сам Иванов в своих показаниях указал, что Кобулов бил его кулаком по голове, затем по лицу, потом повалил на пол и стал пинками ног избивать его в присутствии посторонних лиц. Позднейший медицинский осмотр Иванова показал наличие у него серьезных травм головы и левого уха.Также в деле перечислено более двадцати свидетелей преступлений Кобулова, таких как избиение арестованных, фальсификация протоколов допросов, вымогательство и т.д. Кобулов называет абсурдными обвинения в адрес его и Л. П. Берии о связях с иностранным капиталом и английской разведкой, не подтверждённые никакими доказательствами. «Я действительно знаком с… „Капиталом“ Маркса, и неплохо. Этот пункт обвинения также не нашёл свое отражение в приговоре Военной коллегии», — иронизирует осуждённый. Единственным предъявленным ему доказательством о наличии «преступного заговора Берии» якобы была предъявленная на допросе 17 марта 1954 г. вырезка из «Литературной газеты» от 27 декабря 1953 г., в которой говорится о решении суда по делу Берия. В действительности данная газета даже не упоминалась в обвинительном заключении. Допрос арестованного бывшего секретаря советского посольства в Лондоне Храмелашвили, прошедший в апреле 1953 г. перед его освобождением из-под стражи и за полтора месяца до назначения Храмелашвили на работу в МВД якобы был представлен следствием как «попытка вербовки для английской разведки». В действительности же, обвинение заключалось совсем не в этом, а в назначении Храмелашвили членом контрольной инспекции при Министерстве внутренних дел СССР, в которую Берия назначал особо преданных ему людей и в которую, вопреки закону, Кобулов был назначен заместителем начальника
Президиум Верховного Совета CССР все ходатайства приговорённого отклонил.
В ожидании казни находился в одиночной камере без окон, на прогулки не выводился. 26 февраля 1955 года был расстрелян. Предположительное место захоронения — «могила невостребованных прахов» №3 крематория Донского кладбища..
13 мая 2014 года Судебной коллегией по делам военнослужащих Верховного суда РФ признан не подлежащим реабилитацииhttps://vsrf.ru/lk/practice/cases/17-26495984.
Награды и звания Четыре ордена Красного Знамени (1940, 1943, 1944, 1944), ордена Кутузова 2-й степени (1945), Трудового Красного Знамени (1942), Красной Звезды (1944), медали, знаки «Почётный работник ВЧК — ГПУ» (1937) и «Заслуженный работник МВД» (1948). По приговору суда лишён всех наград и званий.
Признание не подлежащим реабилитации «...Согласно приговору Кобулов признан виновным в том, что он являлся активным участником антисоветской заговорщической группы Берии, которая пыталась использовать органы МВД против Коммунистической партии и Советского правительства с целью ликвидации рабоче-крестьянского строя и реставрации капитализма в СССР.
С 1929 года и по день ареста Кобулов при содействии Берии и своего брата-заговорщика Кобулова Б.З. назначался на руководящие должности в органы МВД и выполнял их преступные задания.
В преступных целях Кобулов вместе с другими участниками заговорщической группы расправлялся с невиновными советскими
гражданами путем фальсификации следственных дел, применения избиений и пыток к арестованным.
Особенно широкого размаха нарушения Кобуловым советской законности достигли в период его работы в 1937-1938 годах в органах НКВД Грузинской и Украинской ССР. При этом Кобулов преследовал честных работников НКВД, пытавшихся разоблачать его вражескую деятельность.
Находясь в 1940-1941 годах по рекомендации Берии на ответственной работе в Германии, Кобулов развалил работу советской разведки и допустил проникновение в нее немецких агентов, а полученную от них дезинформацию передавал через Берию Правительству СССР.
Несмотря на преступную работу Кобулова в Германии, Берия укрывал его от привлечения к ответственности и назначил Наркомом внутренних дел Узбекской ССР, где Кобулов продолжил реализовывать преступные указания Берии, направленные на противопоставление органов НКВД партии и правительству, а затем, являясь начальником Управления по делам военнопленных и интернированных, Кобулов препятствовал работе органов советской разведки, вопреки специальному указанию по этому вопросу секретаря ЦК ВКП(б) Щербакова А.С.
После смерти Сталина заговорщическая группа Берии активизировала свою преступную деятельность, и Кобулов в целях выполнения особых задач был назначен заместителем начальника контрольной инспекции при МВД СССР.
В мае-июне 1953 года Кобулов, находясь по специальному заданию Берии в командировке в Германии, допускал среди работников аппарата МВД СССР и ГДР антисоветские измышления по вопросам внешней политики Советского Союза и агрессии США против Корейской Народно-Демократической Республики, а также одобрял действия Берии, направленные на разжигание вражды и розни между народами союзных республик.
В заключении поставлен вопрос о признании Кобулова не подлежащим реабилитации, поскольку он совершил преступления против правосудия.
Рассмотрев материалы уголовного дела и дополнительной проверки, Судебная коллегия находит заключение подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.