Эже́н Мише́ль Антониа́ди (; ; 1 марта 1870 — 10 февраля 1944) — французский астроном греческого происхождения. Наиболее известен своими наблюдениями Марса и опровержением гипотезы о существовании марсианских каналов. Внёс также вклад в изучение Меркурия, Венеры и других планет, занимался историей науки и архитектурой. Большую часть своей научной деятельности провёл как астроном-любитель.
Ранние годы и образование
Антониади родился 1 марта 1870 года в Константинополе, в квартале Татавла, входившем в то время в состав греческой общины города. Он происходил из состоятельной семьи торговцев, что обеспечило ему материальное благополучие в детские годы. Антониади приходился двоюродным братом Василеосу Захариасу, более известному как Бэзил Захаров, крупному торговцу оружием.
Антониади получил классическое гуманитарное образование. Он свободно владел несколькими европейскими языками — греческим, французским и английским, а также классическими языками — древнегреческим и латынью. Обладал глубокими познаниями в области литературы и истории. По специальности был архитектором. С ранних лет у него проявились художественные способности, в частности, талант к рисованию.
Начало астрономической деятельности. Парижский период
Первые наблюдения и переезд во Францию
Антониади увлёкся астрономией под впечатлением от книг Камиля Фламмариона и начал систематические наблюдения в 1887–1888 годах. Первоначально он работал в Константинополе, а затем на острове Принкипо в Мраморном море, где, вероятно, на семейной даче был установлен его небольшой телескоп-рефрактор с объективами 7,5 см и (позднее) 10,8 см. Антониади делал подробные зарисовки солнечных пятен, Марса, Юпитера и Сатурна, отличавшиеся точностью. С 1889 года он начал отправлять свои зарисовки Марса Фламмариону.
В 1891 году Антониади стал членом Французского астрономического общества, основанного Фламмарионом в 1887 году. В 1893 году, в возрасте 23 лет, при содействии Фламмариона, впечатлённого его мастерством, Антониади эмигрировал из Турции во Францию и переехал в Париж. Он стал ассистентом-астрономом в частной обсерватории Фламмариона в Жювизи-сюр-Орж. Здесь он работал наблюдателем на 9,5-дюймовом (24 см) рефракторе-экваториале Барду, в частности, измеряя период вращения Марса и подтвердив ранее полученную Джованни Скиапарелли оценку. Сам Антониади проживал не в Жювизи, а в 8-м округе Парижа. Его вознаграждение у Фламмариона составляло 300 франков в месяц. По условиям контракта, Фламмарион обладал исключительными правами на публикацию работ Антониади во Франции, а публикации должны были выходить под совместной подписью (по данным Р. МакКима, это условие соблюдалось до 1920 года). Эти условия со временем стали вызывать у Антониади недовольство.
Отношения с Фламмарионом и уход из Жювизи
Первоначально отношения между Антониади и Фламмарионом были хорошими. Антониади высоко ценил Фламмариона как учёного и в письмах называл его «Мастером». Однако оба обладали независимыми характерами и не были склонны к тесному сотрудничеству. Из-за доминирующего характера Фламмариона между ними возник конфликт. В 1900 году Антониади оставил должность в обсерватории, написав: «Я больше не выношу Фламмариона». В 1902 году он формально ушёл из обсерватории Жювизи и вышел из состава Французского астрономического общества. Несмотря на это, по свидетельству Р. МакКима, их дружеские отношения сохранились; Фламмарион присутствовал на свадьбе Антониади в 1902 году.
Работа в Британской астрономической ассоциации
Ещё до переезда во Францию, в 1890 году, Антониади узнал о создании Британской астрономической ассоциации (BAA) и в 1892 году стал одним из первых членов её Отдела Марса. В 1896 году он возглавил этот отдел и руководил им до 1917 года, подготовив за это время десять «Мемуаров» Ассоциации, посвящённых наблюдениям Марса в ходе 15 противостояний, а также редактируя их. В 1896 году BAA командировала Антониади в Норвегию для наблюдения полного солнечного затмения, однако из-за неблагоприятной погоды наблюдения не состоялись; Антониади сделал лишь художественную зарисовку своих впечатлений от явления. В 1899 году он стал членом Королевского астрономического общества в Лондоне. В 1900 году Антониади на некоторое время переезжал в Англию, но вскоре вернулся в Париж. Он предпочитал жить в Париже, стремясь сохранять независимость в своей астрономической деятельности, и никогда не занимал официальных должностей, оставаясь астрономом-любителем.
Исследования Марса
На рубеже XIX—XX веков Марс находился в центре внимания астрономов. После открытия Джованни Скиапарелли в 1877 году линейных структур на Марсе, названных им «canali» (каналы), и их геометрической правильности, возникла гипотеза об их искусственном происхождении и существовании марсианской цивилизации, активно поддерживаемая, в частности, Персивалем Лоуэллом. «Каналы» считались доказательством внеземной цивилизации. Камилл Фламмарион также способствовал популяризации Марса своими публикациями и поддержанием идеи о распространённости жизни во Вселенной. Антониади, под влиянием Фламмариона и Скиапарелли, составил свою первую планисферу Марса в 1896 году. Однако уже в конце 1890-х годов он начал сомневаться в реальности марсианских каналов в том виде, как их описывали.
Опровержение гипотезы о марсианских каналах
Переломным моментом в изучении Марса и в научной деятельности Антониади стали наблюдения во время великого противостояния планеты 24 сентября 1909 года. По приглашению директора Парижской обсерватории Анри Деландра он получил доступ к Большому Медонскому рефрактору (Grande Lunette) — 83-сантиметровому телескопу Медонской обсерватории, на тот момент крупнейшему рефрактору в Европе. Летом 1909 года на Марсе произошла крупная пылевая буря, но к началу сентября атмосфера планеты прояснилась. Отношения Антониади с Камилем Фламмарионом к этому времени улучшились, и тот также предложил Антониади воспользоваться его рефлектором для наблюдений.
20 сентября 1909 года, в условиях исключительно спокойной атмосферы в Париже, Антониади провёл наблюдения Марса на Grande Lunette, которые, по его словам, обеспечили наилучшее изображение планеты, которое он когда-либо видел. Используя увеличения до 320 крат, он обнаружил, что поверхность Марса покрыта множеством сложных, нерегулярных, пятнистых («пёстрых») деталей, а предполагаемые «каналы» не образуют единой геометрической сети. Так, южная часть Большого Сирта представлялась ему «лабиринтом», а Тирренское море (Mare Tyrrhenum) выглядело как «леопардовая шкура». Он отмечал, что зарисовать все детали с идеальной точностью невозможно, и прибегал к своей фотографической памяти, запоминая отдельные участки поверхности и воспроизводя их на бумаге. Позднее Р. МакКим, анализируя эти наблюдения, высказывал предположение, не были ли некоторые из зафиксированных Антониади деталей связаны с использованием им цветных фильтров.
В письме У. Х. Уэсли от 26 сентября 1909 года Антониади сообщал о нерегулярности деталей марсианской поверхности, сравнивая её вид с Луной или Землёй, наблюдаемой с высоты 4000 метров. В октябре 1909 года Антониади назвал линейную структуру каналов «мифом прошлого». Он пришёл к выводу, что «каналы» Скиапарелли и Лоуэлла являются оптической иллюзией, возникающей при наблюдении на пределе разрешения телескопа и при напряжении зрения, когда глаз соединяет отдельные тёмные пятна и неровности в прямые линии. Вместо геометрических структур он видел сложные, естественные образования, сравнимые с земными долинами или синклиналями. Эти выводы Антониади изложил в письмах коллегам и в публикациях, где также отмечал, что наблюдаемые структуры приближают Марс к Земле по своей естественности. Зону от Большого Сирта до Эллады он описывал как «зелёную лужайку с пятнами».
Выводы Антониади вызвали дискуссию с Персивалем Лоуэллом, который до конца жизни оставался убеждённым сторонником искусственности каналов и считал, что Антониади использовал неверную методику наблюдений (например, не уменьшал апертуру телескопа, как советовал Лоуэлл), что приводило к «незаметному размытию» изображения. Антониади считал аргументы Лоуэлла нелепыми. Дальнейшие исследования и, впоследствии, космические миссии подтвердили правоту Антониади. Среди первых астрономов, поддержавших его точку зрения, были Эдвард Барнард и Винченцо Черулли, который одним из первых заподозрил иллюзорность каналов. Примечательно, что сам Скиапарелли в переписке с Антониади продолжал настаивать на реальности полигональных и других регулярных структур на Марсе, считая их существование доказанным.
Другие наблюдения Марса
Антониади вёл систематические наблюдения Марса на протяжении многих лет. В 1909 и 1911 годах он наблюдал жёлтые облака, связав их с сезонными изменениями и перемещением пыли, поднятой ветром. Он также пытался оценить высоту этих облаков. Эти наблюдения были опубликованы в мемуарах Британской астрономической ассоциации за 1916 год. В декабре 1924 года он зарисовал обширную пылевую бурю, во время которой единственной различимой деталью оставалась область Nodus Gordi. В 1971 году автоматическая межпланетная станция «Маринер-9» действительно обнаружила в этом месте потухший вулкан Олимп, высотой 24 100 м, в области Тарсис.
Антониади осторожно подходил к вопросу о марсианском вулканизме. Хотя он отмечал отсутствие явных видимых признаков активного вулканизма, кроме возможного пепельного цвета некоторых регионов (например, Deucalionis Regio) или желтой дымки, в 1924 году он наблюдал светящиеся выбросы на краю диска Марса в области Эллады, достигавшие высоты 8–20 км над поверхностью, которые он интерпретировал как возможное проявление вулканической активности. Он допускал существование орогенных (горообразовательных) процессов на Марсе, но считал их ограниченными. В своей книге он писал, что неправильные структуры Марса пересекают экваториальные моря с севера на юг, предполагая их связь с высотными различиями и бассейнами древних рек.
Используя большой телескоп в Медоне, Антониади фиксировал цвет деталей марсианской поверхности и его сезонные изменения, что, по его мнению (а также по мнению Фламмариона и Г. А. Тихова), могло указывать на наличие растительности. Фламмарион ещё в 1894–1895 годах обнаружил быстрое таяние полярных шапок Марса, оказавшееся более интенсивным, чем на Земле. С 1901 года Антониади исследовал возможную связь скорости таяния марсианских полярных шапок с уровнем солнечной активности, опубликовав результаты в 1916 году. Это привело к спору о приоритете с Г. А. Тиховым, который опубликовал аналогичные выводы ранее, в 1912 году, на русском языке. В 1921 году Королевское астрономическое общество присудило приоритет Тихову, в результате чего Антониади в 1923 году в знак протеста вышел из Общества, сославшись на незнание русскоязычной публикации. По мнению Р. МакКима, дальнейшие наблюдения не подтвердили эту зависимость.
Антониади не допускал существования жидкой воды на поверхности Марса в значительных количествах.
В 1911 году Антониади опубликовал «Феномен марсианского года» — календарь марсианских явлений. Антониади также наблюдал Марс в Медоне в 1911 году (после чего обсерватория была закрыта на ремонт купола) и в 1924 году во время великого противостояния. Во время Первой мировой войны он наблюдал Марс на своём 21,6-см телескопе (1914, 1916). Он продолжал рисовать Марс при противостоянии в 1941 году, что свидетельствовало о сохранении его мастерства.
Книга «Планета Марс»