Вятское барокко — общее обозначение храмовой архитектуры Вятской земли XVIII века, часть общей вятской архитектурной школы. Является смесью русского узорочья, композиционных форм московского барокко и архитектуры соседних устюжских, иногда казанских земель. Также подвергалось влиянию петровского барокко. Зародилось в 1690-х годах, вместе с появлением в Вятке первой собственной (никоновской) артели каменщиков.
Ранние постройки периода 1690-х — 1720-х годов относятся скорее к стилю русского узорочья с элементами влияния московского и устюжского барокко. Начиная в 40-е и 60-е годы XVIII века под влиянием петровского барокко вятское значительно упрощается, становится строже. С фасадов пропадают народные, «игрушечные» орнаменты. Начиная с 60-х начинается новая декоративная волна, стиль вновь старается вернуться к русскому узорочью.
В разных формах просуществовало до конца XVIII века, пока не было вытеснено классицизмом. Происходило это постепенно, и в некоторый период барочный стиль старались сочетать с классическим.
Основа архитектурного стиля
Появление Особый вятский стиль стал зарождаться в 1690-х годах с появлением в Вятке (Хлынове) собственных каменщиков. Они строили храмы трапезного типа. Их основой являлся бесстолпный четверик с пятью (реже одной) главами, к которому пристраивалась обширная двухстолпная трапезная. В ней обычно служили зимой, потому её ещё называли тёплым храмом. С запада пристраивалась паперть с открытым арочным крыльцом на столбах. Храмы эти изначально строились без колоколен. Вероятно, их заменяли деревянные звонницы. Подобная композиция сохранялась вплоть до 1720-х годов. Ярким примером храмом трапезного типа стал Воскресенский собор, построенный Никоновской артелью в 1695—1700 годах.
Первоначально, наибольшее влияние на вятский стиль оказывал уходящий XVII век. Оно исходило как от старой шатровой архитектуры, так и от русского узорочья. Веяния московского барокко начнут постепенно проявляться в начале XVIII века, с началом Петровской эпохи.
Влияние деревянной архитектуры Восьмерик, активно использующийся в «нарышкинском» стиле, на Вятке часто вёл своё происхождение от старой деревянной шатровой архитектуры. Такой восьмерик отлично виден на примере Сретенской церкви, построенной в 1705—1712 годах. Восьмерик на ней был один, широкий и довольно грузный. Подобный был и у Преображенского собора, построенного в Слободском в 1699 году.
Ещё более ярким примером влияния деревянной архитектуры проявляется на вятских храмах построенных по принципу «восьмерик от земли» с пятигранным алтарём. В дереве так вырубали шатровые храмы. Их композицию, исключая шатёр, воспроизводит церковь Иоанна Предтечи, построенная в 1714—1723 годах. Ещё одним примером подобного восьмерика от земли была Всехсвятская церковь, построенная на пару лет позже.
Вятчане делали деревянные восьмигранные крыши луковичной формы, называемые «курмами». Они завершали собой восмерик, а при его отсутствии строились прямо на четверике. Подобные «курмы» на Благовещенской церкви Трифонова монастыря, Знаменско-Богородской церкви села Пасегово и на многих иных храмах. Вероятно также использование «курм» и Никоновской артелью.
Влияние русского узорочья Все каменные храмы Вятки конца XVII начала XVIII веков, за исключением первых двух, охвачены волной русского узорочья. Фасадные украшения из лекального или тёсаного кирпича обильны, и даже калейдоскопичны. Два соседних наличника часто неодинаковы, либо при сходном рисунке отличаются в нюансах. Такое убранство органично связано с вятским народным творчеством тех лет.
Стены храмового четверика обычно имеют трёхчастное деление. Оно создаётся спаренными, а на углах — тройными колонками. У некоторых храмов колонки «висячие», в других — опущены до цоколя. Над колонками обязательно делается широкий пояс, включающий балясины. Этот пояс вместе с карнизом отделяет полукружия кокошников в месте завершения стены. В храмах с «восмериком» на четверике кокошниками оформляется восьмерик.
Колонки в обрамлениях окон использовались редко. Чаще по сторонам проёма выкладывались тяги из миниатюрных балясинок или кружков-розеток, которые иногда образовывали вторую и даже третью рамки. Множество наличников выложены набором бусин-жгутов, из которых составлены и их многообломные кокошники. Кокошник был трёхчастным, с заострением по середине. Либо ему придавался плавный, бочкообразный абрис.
Иногда встречаются пятиугольные, чуть «разорванные» завершения наличников со вставкой наподобие двойной «кисти». Такие есть у Трёхсвятительской церкви Трифонова монастыря, построенной в 1710—1717 годах. Наличники являются самым изощрённым элементом вятской архитектуры. Похоже, что между их архитекторами шло настоящее творческое соревнование.
Влияние московского барокко В начале XVIII века на Вятскую землю из центральной России приходят веяния московского (нарышкинского) барокко, в основном лишь в виде композиции восьмерик на четверике. В Москве она являлась центрической, симметричной. Как например у знаменитой Покровской церкви в Филях. Вятчане истолковали её совершенно иначе. По сути, просто добавив в асимметричные храмы трапезного типа восьмерик на четверике. Свойственная «нарышкинским» памятникам упорядоченность декора оставалась чуждой вятчанам. Она в некотором виде наблюдается лишь в надвратной Никольской церкви Трифонова монастыря с её повторяемостью фасада и стандартизацией убранства.
Сами мотивы московского барокко проявляются на Вятке слабо, сочетаясь всё с той же декоративной витиеватостью. Это заполнение кокошников раковинами, появляющиеся кое-где витые колонки. Но больше всего одни видны в наличниках с двумя встречными завитками. Вятские «завитковатые» наличники, даже если и выделены в отдельный ряд, уживаются со старозаветными. К тому же они безордерные: почти всегда вместо колонок выводятся тяги, в тимпане подвешивается кисть.
В завитках ощущается барочный динамизм. В среднем алтарном наличнике Николаевского сбора в Нолинске завитки, разделённые киотом, сильно закручены и превращены в «спирали». Ещё интереснее их форма у церкви Иоанна Предтечи — там «стебли» завитков как бы выпячиваются в стороны, не образуя прямой линии с колонками, а на изгибе упираются друг в друга.
Устюжское влияние Северные города Вятской земли поддерживали тесные контакты с Великим Устюгом. Через устюжан на Вятку пришёл тип храмового завершения в виде малых ярусных восьмериков, сопровождаемых «полуглавиями» (дугообразные выступы поверх стен четверика). Восьмерик в устюжском варианте был значительно уменьшен и сведён до роли светового фонаря. Подобная композиция возникла в Москве в начале XVIII века и вскоре дошла до Устюга, откуда попала в Вятку. Вероятно, первым вятским храмом с такими восьмериками стал Владимирский.
Поволжское влияние Юг Вятской земли (Яранск, Уржум, Малмыж, Елабуга, Сарапул) испытывал заметное влияние архитектуры Поволжья. Возможно, каменное строительство началось здесь значительно раньше, чем на севере.
Первая каменная Благовещенская церковь Вознесенского монастыря по одной из версий была построена в 1653 году. Однако, её барочный архитектурный стиль, возникший в Москве лишь в 1680-х, не позволяет относить её к этому времени постройки. Вероятно, Благовещенская церковь была построена в конце века, одновременно со всеми церквями Вятской земли.
Церковь Рождества Пресвятой Богородицы близ Яранска содержит в себе зрелые черты московского барокко в виде восьмерика на четверике с изящной восьмигранной колокольней, наделённой тремя ярусами звона. Но в целом убранство церкви ближе к казанским и чебоксарским храмам, либо вообще не имеет аналогов.
Влияние петровского барокко В 1730-е годы вятский народный «игрушечный» стиль, основанный на русском узорочье, резко исчезает. Через Великий Устюг на Вятку попадает петровское барокко с его несложным, плоскостным убранством. Черты нового стиля вновь восприняты вятчанами по-своему. Храмовый четверик приобрёл на уровне трапезной и алтаря карниз на кронштейнах. Выступ карниза был столь широким, что защищался кровелькой. Теперь оба яруса фасада разделяются на три части каннелированными пилястрами. Боковые членения часто шире среднего. Шаг пилястр в первом и втором ярусах мог не совпадать, нередки были сбивающие ритм сдвиги окон.
При включении каменного восьмерика в объёмную композицию стены четверика завершались карнизом с «триглифами». Традиционные кокошники переносились на восьмерик. Если предполагалось иное венчание храма, за аналогичным карнизом выводилось три кокошника. Но вскоре место центрального кокошника заняло скругление карниза в виде соединяющей пилястры арочки. При этом второй ярус четверика повышен, а окна его устроены низко. Стенные плоскости над ним — с единственным круглым проёмом, сделанным по оси фасада, на пересечении с линией карниза. Это решение было впервые найдено строителями Преображенской церкви в селе Великорецком. Ему подражают Спасская церковь в Кумёнах, Николаевская в Сырьянах, Троицкая в Чудиново и другие.
В итоге вятские мастера перешли от нарядности древнерусского набора к ограниченной типологии элементов, имеющих небольшой, почти плоский рельеф.
Новая декоративная волна Воздержание от узорочья и лаконизм не удовлетворяли ни заказчиков, ни зодчих. В постройках 1760-х годов наблюдаются признаки новой декоративной волны. Возвращению к богатому рельефному декору очень способствовали произведения Горынцевых. Николаевская церковь в Истобенске и последующие выстроенные ими храмы в Макарье, Юрьеве и других сёлах должны были привлекать внимание не только новым увенчанием, но и фасадной пластикой. Под влиянием Горынцевых церкви, начатые ещё до них, под впечатлением были достроены со свежим убранством. Таковыми «подражателями» стали Спасская церковь в Совье и Владимирско-Богородицкая в Верхних Кумёнах. В 70-е годы всецело обновилось убранство церквей в Пантыле, Холуницко-Ильинском и Малой Суне.
Горынцевы принесли на Вятку многие устюжские декоративные формы. Так, были позаимствованы пиллястры с гладким стволом и «дорической» капителью, выше которой часто добавлялась вогнутая плита. Прямые заимствования из Устюга есть на наличниках церкви в Истобенском, и в виде «витых» пилястр в Раменье, на Преображенско-Сретенской церкви.
Наличники снова обрели объёмность, но их разновидностей было уже не столь много, как во времена Никоновской артели. Установилась известная дифференциация наличников по типам и месту расположения. Так, на аспиде наличники, как правило, имели бровки. Лишь на центральном окне аспиды наличник мог быть с витыми колонками. Во втором ряду колонки опираются на постамент по средствам суживающегося книзу элемента. Ниже всегда расположена гирляндочка, в рисунке концов которой, как и в навершия бродки, узнаётся традиционный мотив «кисти». Под окном, в горизонтальной нише — «баллюстрада». С такой схемой построения можно было создать множество вариаций наличников.
Такие встречаются на Дмитриевской церкви в селе Пантыл. Колонки её нижних окон примкнуты к грубоватой рамке. Зато над верхними, дополняя бровку, выложены изящные филеночки-картуши, фланкированные розетками. У второго ряда наличников храма в селе Юрьево колонки походят на каннелированные пилястрочки и несут бровку, превращающуюся в фронтончик. Там же вместо «балюстрад» помещены аппликативные картуши. В области убранства нововведения Горынцевых являются возвратом к принципам русского узорочья. Они насытили фасады деталями, родственными по духу первым каменным храмам Вятки и Слободского.