Гуманитарный кризис в Газе начался в результате войны и полной блокады региона, ставшей ответом Израиля на вторжение боевиков ХАМАС 7 октября 2023. Военная операция в секторе Газа привела к острой нехватке топлива, продуктов питания, воды и медикаментов. К февралю 2024 года 80—85 % населения региона были вынуждены покинуть свои дома.
Переселенцы с севера сектора бежали на юг от массовых израильских обстрелов, которые привели к почти полному разрушению инфраструктуры крупнейшего города региона — Газы. Беженцы укрывались во временных лагерях, больницах, школах и переполненных учреждениях БАПОР, которые не могли справиться с наплывом нуждающихся.
К 20 февраля 2024 года Управление ООН по координации гуманитарных вопросов сообщало, что 2,2 млн из 2,3 млн населения в той или иной степени голодали, из них 378 тысяч находились на последней критической стадии. Домохозяйства во всем регионе имели доступ к 1 литру воды на человека в день при расчётном минимуме для выживания в 3 литра в день. По оценкам БАПОР, около 70 % населения Газы пили солёную и загрязнённую воду.
22 августа 2025 года был опубликован отчет экспертов в рамках Комплексной классификации фаз продовольственной безопасности, в котором утверждается, что более полумиллиона человек в Газе (около четверти населения) оказались в условиях полномасштабного голода, сопровождающегося массовым истощением и смертностью.
Гуманитарные организации не могли обеспечить достаточную поддержку из-за ограничений на ввоз гуманитарной помощи, обстрелов конвоев войсками и нападений голодающих. В декабре 2024 года глава ООН заявил, что Израиль создаёт «огромные препятствия» для распределения помощи.
Миграция населения
13 октября израильские военные предписали жителям Газы эвакуироваться на юг сектора, хотя приказы о массовой эвакуации в большинстве своём противоречат международному праву. По разным оценкам, в декабре-феврале примерно 1,7—1,9 млн жителей сектора были вынуждены покинуть свои дома (около 80—85 % населения региона). Так как к февралю около 60 % всех домов в регионе были разрушены, беженцы укрывались в более 150 разбитых временных лагерях, больницах, школах и переполненных учреждениях БАПОР с крайне плохим доступом к средствам гигиены.
Переселение осложнялось рядом проблем: сообщалось о пожарах, задержках на блокпостах, военных операциях и других трудностях на путях эвакуации. Во время перерывов между обстрелами множество палестинцев пытались вернуться в свои дома на севере, хотя бо́льшая часть города Газа была непригодна для жизни.
Панику и путаницу усложняли изменчивые инструкции и ограниченный доступ к информации. Если в первый месяц основной целью израильских обстрелов был север региона, то в конце ноября военные активизировали атаки на юг, куда ранее рекомендовали эвакуироваться жителям. Так, бежавшим в Хан-Юнис было предписано двигаться на юг в Рафах, откуда однако тоже поступали сообщения о взрывах. ООН опасалась очередной волны перемещений и недостатка необходимой инфраструктуры. Уже к 6 февраля интенсивные бои вокруг Хан-Юниса «согнали» более половины всего населения сектора в Рафах. Для навигации палестинцев и предупреждений израильские военные ввели разделяющую сектор на 600 участков карту, но не все жители имели к ней доступ. Когда во второй половине февраля ЦАХАЛ начал разработку плана по эвакуации населения в преддверии наступления на Рафах, генеральный секретарь ООН заявил, что оно станет «последним гвоздём в гроб» программ помощи.
Продовольственный кризис
Голод К началу декабря все 2,3 миллиона жителей Газы столкнулись с нехваткой еды и чистой воды. К 20 февраля Управление ООН по координации гуманитарных вопросов сообщало, что 2,2 млн в той или иной степени голодали, из них 378 тысяч находились на последней критической стадии. ООН сообщала, что 90 % опрошенных регулярно остаются без еды в течение целого дня. Ситуация была особенно остра на севере Газы, где каждый шестой ребёнок в возрасте до 2 лет, прошедший в январе обследование в приютах и медицинских центрах, оказался остро или критически истощён (до начала израильских атак — только 0,8 %). Также от острого недоедания на севере Газы страдал каждый шестой в возрасте 6—23 лет, против 5 % в Рафахе, где был легче доступ к гуманитарной помощи. Однако даже на юге драки за еду и попрошайничество стали обычным делом, а некоторые семьи были вынуждены поедать сорняки и корма для животных.
В декабре 2024 года ВОЗ выпустила доклад, предупредив, что «смертельное сочетание голода и болезней» приведёт к увеличению смертности в секторе Газа. Так, недоедание значимо увеличивает риск детской смертности при диареи, пневмонии и кори.
По состоянию на август 2025 года прогнозы комплексной классификации стадий продовольственной безопасности (IPC) показывают, что 100% населения испытывают «высокий уровень острой нехватки продовольствия», а 32%, по прогнозам, столкнутся с катастрофическими уровнями фазы 5 к 30 сентября 2025 года. 22 августа 2025 года IPC заявил, что голод имеет место в одной из пяти провинций сектора Газа: в частности, в провинции Газа, в которую входит город Газа. IPC добавила, что в течение следующего месяца в провинции Дейр-эз-Зор и провинции Хан-Юнис может начаться голод. У IPC недостаточно данных о провинции Северный Газы для классификации, но она пришла к выводу, что условия там, скорее всего, такие же или хуже, чем в провинции Газа. Ожидается, что в течение следующих 6 недель, начиная с 16 августа, число людей, находящихся на 5-й фазе IPC, вырастет с 500 000 до более чем 640 000.
Гуманитарные поставки
9 октября министр обороны Израиля объявил «полную блокаду» Газы, включая запрет на ввоз продуктов питания. Через десять дней под давлением ООН и мировых лидеров израильские власти пообещали не препятствовать ввозу гуманитарной помощи из Египта, если это будут «только еда, вода и лекарства» для гражданского населения на юге. Так как бо́льшая часть сельскохозяйственных угодий, теплиц и предприятий по производству продуктов питания, включая пекарни, была уничтожена израильскими бомбардировками, жители сектора Газа полностью зависят от поступающей помощи.
В первые полтора месяца войны ежедневное число въезжающих грузовиков колебалось на уровне 43—55 машин, чего было недостаточно для удовлетворения потребностей населения. И в октябре—ноябре представители ООН неоднократно настаивали на открытии Керем-Шалома — контрольно-пропускного пункта на границе Египта, Израиля и Газы. За неделю временного перемирия в конце ноября ситуация с поставками грузов улучшилась, и каждый день в сектор въезжало 173 грузовиков. Но с возобновлением обстрелов в декабре это число сократилось до 79, несмотря на то, что Израиль одобрил доставку помощи через Керем-Шалом.
Работа гуманитарных организаций осложнялась военными действиями и отказами в доступе: из запланированных 77 операций в первые полтора месяца 2024 года на севере региона были осуществлены целиком или частично только 15. В декабре глава ООН заявил, что Израиль при проведении военных операций создаёт «огромные препятствия» для распределения помощи.
Британские, американские и европейские официальные лица в январе 2023 года неоднократно требовали от Израиля разрешить массовый транзит гуманитарной помощи через порт в Ашдоде. Под давлением израильские власти согласились сделать исключение для ввоза муки. Однако после публикации Израилем материалов о причастности сотрудников БАПОР к вторжению 7 октября израильский министр финансов издал директиву не передавать партии продовольствия агентству, которое является основным координатором помощи в Газе.
Управление ООН по координации гуманитарных вопросов подсчитало, что в первые две недели февраля в сектор ежедневно въезжало в среднем только 62 грузовика, тогда как Израиль обязался обеспечить пропуск 200 грузовиков в день (для удовлетворения основных потребностей жителей необходимо минимум 500). Сообщалось о неоднократных обстрелах конвоев с продовольствием. Например, 5 февраля израильские силы обстреляли конвой ООН с продовольствием в центре Газы, а потом заблокировали движение грузовиков в северную часть региона.
Въезжающие конвои часто не удавалось доставить без помощи полиции — на них нападали вооружённые группировки, их перехватывали толпы голодающих. Распределение помощи осложняют продолжающиеся боевые действия, разрушенные дороги, преступники-спекулянты и другие проблемы. 20 февраля Всемирная продовольственная программа ООН объявила, что приостанавливает поставки продовольственной помощи в северную часть Газы, пока не будут созданы условия для безопасной доставки продуктов.
Военные США, а также представители других государств, включая Францию и Иорданию, осуществляли сброс гуманитарной помощи в сектор Газа с воздуха В августе 2025 года в министерстве иностранных дел Палестины заявили, что сброс гуманитарной помощи на Газу с воздуха вызывает хаос и распространение бандитизма, возле мест падения гуманитарной помощи начинаются давки, которые приводят к массовым травмам и жертвам. Иногда сброшенные грузы падают на дома и палатки, что приводит к гибели людей. Так, в марте 2024 года в результате сброса гуманитарной помощи погибло пять человек, так как парашюты не раскрылись.
Доступ к воде и санитария
Питьевая вода Вскоре после начала атак Израиль прекратил подачу воды в сектор Газа, в ответ ООН назвала доступ к воде «вопросом жизни и смерти» для жителей региона. Уже 17 октября Палестинское управление водоснабжения сообщало, что обеспеченность водой в секторе Газа находится на уровне 5 % от нормального (ежедневная потребность региона оценивалась в 33 млн литров). Даже в регионах с колодцами и очистительными сооружениями сократилась добыча воды из-за перебоев с электричеством и нехватки топлива.
К 17 ноября количество воды, доступной людям в секторе Газа, оценивалось Oxfam в 17 % от доблокадного уровня. БАПОР сообщило, что около 70 % населения Газы пьет солёную и загрязнённую воду. Ко второй половине февраля домохозяйства во всём регионе имели доступ в среднем к менее чем одному литру безопасной и чистой воды на человека в день, при расчётном минимуме 3 литра в день для выживанияСогласно гуманитарным стандартам, минимальное количество воды, необходимое в чрезвычайной ситуации, составляет 15 литров в день на человека, включая воду для питья, мытья и приготовления пищи.
К началу 2024 года в северных округах практически не было доступа к чистой воде — единственный действующий водопровод из Израиля работал на 47 % мощности; израильские удары уничтожили основные водохранилища города Газа — Аль-Балад и Аль-Римал; опреснительная установка на севере Газы прекратила работу в октябре 2023 года; все очистные сооружения и 83 % скважин подземных вод в секторе не работали. При этом в конце января израильские военные подтвердили план затопить подземные туннели под сектором, общая длина которых достигает, по заявлениям ХАМАС, 300—500 км. Военные утверждали, что места были подобраны так, чтобы операция не повредила грунтовым водам, но ряд экспертов предупреждали о возможном разрушительном эффекте. 11 февраля власти города Газы сообщили, что на подземные воды негативное влияние также могут оказать более 700 миллионов литров сточных вод, вытекших на улицы города.
Гигиена Во второй половине декабря представители ООН и ВОЗ предупреждали: система водоснабжения и санитарии Газы находятся на грани коллапса, что грозит вспышкой заболеваний. Вдобавок, на территории всего сектора не вывозили твёрдые отходы, и их скопление грозило ростом заболеваний, передающихся воздушно-капельным путём, насекомыми и крысами. Так, 19 января мэр Газы оценивал скопившиеся отходы в 50 тысяч тонн. Опасения вызывали и необнаруженные тела, которые разлагаются под обломками, и белый фосфор из зажигательных снарядов, который загрязняет почвы и воздух.
Перемещение населения ухудшает ситуацию с гигиеной. В некоторых наиболее перенаселенных лагерях на юге мог быть один туалет на 600 беженцев, а проточная вода практически отсутствовала.
Топливный кризис