Еврейское богоубийство (, христоубийство) — христианская религиозная концепция, согласно которой евреи предали смерти Иисуса Христа и как народ будут вечно нести коллективную ответственность за это деяние. Распятие Христа интерпретируется как убийство Бога. Основана в основном на отрывке из Библии, из Евангелия от Матфея : «…весь народ сказал: кровь Его на нас и на детях наших» (так называемое кровавое проклятие). Кроме того, отрывки, приписывающие евреям ответственность за смерть Иисуса, можно найти во всех книгах Нового Завета.
Иисус был казнён римскими властями не по религиозным мотивам, а по политическому обвинению. Он объявил себя «царем Иудейским» (то есть Мессией), но по причине подчиненности Иудеи Римской империи это именование было воспринято как призыв к мятежу против римской власти. Точные обстоятельства ареста, суда, мучений и смерти Иисуса восстановить крайне трудно, поскольку сохранившиеся источники имеют сравнительно позднее происхождение, являются тенденциозными и носят отпечаток пристрастной позиции евангелистов, которые писали в период, когда христианство уже начало распространяться в Римской империи. Отсюда стремление евангельских текстов оправдывать римского прокуратора Понтия Пилата и приписать всю вину за смерть Иисуса исключительно евреям.
Концепция ответственности евреев за распятие Христа возникла в раннем христианстве, начиная с Юстина Мученика и Мелитона Сардийского (II век), Studies in Hellenistic Judaism, Brill Publishers, 1996 pp.309ff.. Обвинение евреев в христоубийстве служит опорой для христианского антисемитизма. Благодаря религиозному авторитету Нового Завета идея этой ответственности стала первоисточником позднейшей христианской клеветы на иудаизм и богословского антисемитизма. Отрывок из Евангелия от Матфея используется как доказательство центральной роли евреев в распятии Иисуса, вечной ответственности всех евреев за это деяние и желательности продолжительных наказаний евреев со стороны христиан. Обвинение в богоубийстве используется в христианском богословии в качестве подтверждения «моральной испорченности» иудаизма. С точки зрения богословов, евангельский текст, согласно которому евреи заявляют, что кровь Христа на них и на их детях, является свидетельством того, что все евреи, оставшиеся евреями (иудеями), не просто виновны в богоубийстве, но признали свою вину, и вина ныне живущих евреев равна вине их предков. По этой логике каждый ныне живущий еврей может быть признан виновным. Хотя данная концепция и не была частью христианских догматов, многие христиане, в том числе представители духовенства, проповедовали, что еврейский народ коллективно виновен в смерти Иисуса.
На основе катехизиса, подготовленного Тридентским собором в середине XVI века, Католическая церковь проповедовала идею, что не только евреи, но всё грешное человечество несёт коллективную ответственность за смерть ИисусаNorman C. Tobias, Jewish Conscience of the Church: Jules Isaac and the Second Vatican Council, Springer, 2017 p.115.. На Втором Ватиканском соборе (1962—1965) Католическая церковь во главе с папой Павлом VI издала декларацию «Nostra aetate» («В наше время»), в которой отвергалась идея коллективной вины евреев нескольких поколений за распятие Иисуса. Согласно декларации, в богоубийстве не могут быть повинны «все евреи без различия, жившие тогда, или современные евреи». Большинство других христианских церквей не имеет единой для данной церкви позиции по этому вопросу.
В народной среде как «справедливое возмездие» за распятие Христа может объясняться Холокост.
Контекст В контексте политических реалий Римской империи еврейские чиновники в данный период не обладали властью приговаривать кого-либо к распятию, однако литературные источники изображают еврейских чиновников в Иерусалиме как зачинщиков.
По мнению литературоведа , крик еврейской толпы: «Кровь Его на нас и на детях наших!» представляет собой традиционную формулу, согласно которой толпа принимает на себя ответственность за смерть, которую она требует. Фраза не относится к еврейскому народу и его будущим поколениям.
Гелбер писал, текст Евангелий имеет тенденцию преуменьшать ответственность Понтия Пилата за казнь Иисуса. Другими авторами также предполагалось, что евангельские рассказы преуменьшали роль римлян в смерти Иисуса в условиях, когда христианство стремилось получить признание в политеистическом римском миреAnchor Bible Dictionary vol. 5. (1992) pp. 399—400. Bantam Doubleday Dell..
В книге Неемии () периода вавилонского пленения говорится о пророке Божьем, который будет отвергнут и убит своим народом. Отвержение и смерть — атрибуты, подчёркнутые в Страстях Христовых (), — таким образом, должны были восприниматься как признаки истинного пророка. Поскольку первые последователи Иисуса понимали его смерть как убийство пророка его народом, казнь от рук римлян представляла собой значительные трудности и не упоминалась в различных повествованиях. Этому начинанию способствовала еще одна историко-богословская интерпретация.
В соответствии с преобладавшим в древности мнением, Божьей карой за распятие Христа евреями стало разрушение Храма и самого Иерусалима в 70 году н. э. Само это наказание рассматривалось как указание на виновных. Отрывок из Евангелия от Матфея 27: 24-25 не имеет аналога в других Евангелиях, и некоторые учёные считают, что он, вероятно, связан с разрушением ИерусалимаCraig Evans, Matthew (Cambridge University Press, 2012) page 455.. описывает этот текст как «редакционную беллетристику», созданную автором Евангелия от МатфеяUlrich Luz, Studies in Matthew (William B. Eerdmans Publishing, 2005) page 58.. Библеист , рассматривая текст как часть антиеврейской полемики Евангелия от Матфея, видит в нём основу более позднего христианского антисемитизма, A Gospel for a New People (Westminster John Knox Press, 1993), page 148..
Многие учёные считают, что тексты Нового Завета следует рассматривать в контексте их интерпретации более поздними христианскими общинами.
Согласно Гелберу, первоначальный смысл отрывка был полемическим и был задуман прежде всего для оправдания Пилата как представителя римских властей, который изображён несчастной жертвой обстоятельств. Только ввиду более резких и уничижительных упоминаний о евреях в Евангелии от Иоанна, в Деяниях и других местах Нового Завета и других христианских писаний, а также вследствие отрыва Иисуса от его собственного еврейского происхождения и идентичности за пределами синоптических Евангелий — читателю предлагается увидеть в отрывке более определённое антиеврейское послание, чем предполагает сам текст.
Роберт Кисар считает, что принятое понимание является по большей части интерпретацией читающих текст. Евангелие от Иоанна использует термин , что означает «евреи» или «иудеи». Однако представление, что он относится ко всем евреям, часто оспаривается, и во многих английских переводах этот термин интерпретируется более конкретно как «еврейские лидеры».
писал, что кровавое проклятие — предупреждение автора Евангелия от Матфея своим еврейским читателям не следовать «слепым» фарисейским вождям своего поколения, а вместо этого следовать учению Иисуса. Каннингем отмечает, что в последние десятилетия I века многие евреи обвиняли друг друга в разрушении Храма и автор этого Евангелия был среди них. Однако его слова получили разрушительное значение в последующие века.
Богословие
Антиеврейский потенциал Евангелий был катализирован в период патристики (примерно со II по VI век). Нееврейское христианство собрало различные элементы из Евангелий в целях обоснования антиеврейской теологии, называемой суперсессионизмом. Отцы церкви объединили негативные аспекты дебатов Иисуса против его еврейских современников с кровавым проклятием из Матфея и с коллективным использованием «иудеев» Евангелями от Луки и Иоанна, создав портрет евреев и иудаизма как деградировавших и даже демонических врагов христианства.
Идея, что вина евреев в распятии Христа доказывается разрушением Храма, господствовала в христианском богословии античного периода. Постепенно для христианского антииудаизма распятие Христа евреями стало аксиомой. Отрывок из Евангелия от Матфея 27:25 имел решающее значение для веры в эту идею, поскольку понимался как юридический акт коллективного самообвинения («кровь Его на нас и на детях наших»).
В средневековой христианской иконографии этот мотив обычно отражался в изображениях, на котором Иисуса распинают евреи, а не римские солдаты. С христологическим обожествлением Иисуса представление о евреях как об убийцах Христа стало эквивалентно представлению о них как об убийцах Бога. Обвинение впервые было открыто выдвинуто богословом святителем Мелитоном Сардийским (около 180 года). По-видимому, мотив получил такое распространение, что потребовалось собственное слово — . Однако этот термин создал богословские трудности, которые привели к появлению другого слова: «убийцы Господа». Этот термин настолько часто использовался в полемической литературе, что стал синонимом евреев. Латинское слово было переводом с греческого и впервые появилось в комментарии Блаженного Августина к Псалму . Однако Августин отверг саму идею, поскольку она могло бы быть действительной только в том случае, если бы евреи знали, что Иисус был Сыном Божьим.
Хотя эта идея и не имела явного богословского обоснования, тем не менее она постоянно высказывалась в антиеврейской полемике. Зенон Веронский настойчиво использовал её, чтобы доказать «моральную испорченность» иудаизма. Иоанн Златоуст предостерегал иудействующих христиан от общения с убийцами Господа. Амвросий Медиоланский призывал светскую власть исполнить Божий суд над евреями. Особенно важной была идея, что вина евреев за распятие Христа передавалась по наследству. С точки зрения сторонников этой идеи, евангельский текст, согласно которому евреи заявляют, что кровь Христа на них и на их детях, являлся свидетельством того, что все евреи, оставшиеся евреями (иудеями), не просто виновны в богоубийстве, но признали свою вину, и вина ныне живущих евреев равна вине их предков. По этой логике, согласно Иерониму Стридонскому, каждый ныне живущий еврей может быть обвинен и признан виновным.
Влияние концепции Религиозная картина делегитимированного раввинского иудаизма запечатлелась в представлениях христианской Европы и способствовала маргинализации евреев в христианском мире.
Обвинения евреев в богоубийстве имело реальные последствия с момента появления этой идеи и до новейшего времени. Считается, что те, кто убил Господа, неспособны к нравственности; им можно приписать любое преступление; тот, кто поднимает руку на еврея, тем самым делает себя орудием Божьей кары. Низшее положение евреев в христианском обществе начиная с IV века оправдывалось их виной в величайшем преступлении.
Обвинение в христоубийстве продолжало процветать в изменившихся условиях Средневековья. Богоубийство служило оправданием преступлений, совершённых против евреев во время Первого крестового похода и в ходе локальных погромов. Представление о реальном присутствии Христа в гостии (хлебе для причастия) породили легенду об осквернении гостии евреями, согласно которой евреи похищают и мучают облатку, в результате чего из неё течёт кровь. Таким образом, как утверждали обвинители, евреи инсценируют Распятие Христа. В этом случае также утверждалось, что евреи сами подтверждают свою вину, поскольку, с точки зрения обвинителей, они знали, что Иисус присутствует в гостии и оскверняли её, чтобы повторить убийство Христа. Средневековая легенда о ритуальном убийстве также связана с обвинением в богоубийстве. Опираясь на представление, что евреи жаждут крови, укоренившееся в поздней античности, эта идея получила дальнейшее развитие в Средние века. По одному из вариантов, наказанием за распятие было то, что евреи страдали малокровием, которое стремились облегчить, выпив христианскую кровь.