Неокли́с Сарри́с (; ) — видный греческий историк-, университетский профессор, политик.
По мнению профессора .
Молодость Коренной константинополец, родился в греческой общине города, находившейся теоретически (юридически) под защитой положений Лозанской конференции 1922—1923 годов.
Окончил греческую Великую школу нации на Фанаре, после чего учился юриспруденции на юридическом факультете Стамульского университета. В возрасте 20 лет стал политическим советником константинопольского патриарха Афинагора.
Состоял в организации молодёжи Партии справедливости Сулеймана Демиреля. Однако и дружественно настроенные к нему соратники по партии ограничивались замечанием/советом, что он мог бы сделать блестящую карьеру в Греции, что согласно речи Сарриса в Парламенте Греции объяснялось планами кемалистского истеблишмента искоренить коренное греческое население в нарушение статей Лозаннского мирного договора (1923).
Саррис отметил, что его участие в студенческой борьбе в Турции и то что он вероятно был единственным греком после 1922 года с заметным участием в политических партиях Турции, делало более чем вероятным его избрание в турецкий парламент, представляя греческую общину. Однако то что было возможным в последние годы существования Османской империи стало невозможным в кемалистской Турции. Последующие события потрясли не только греческую общину Константинополя, включая семью Сарриса, но и его личную жизнь.
Исход
После 1924 года коренному православному греческому населению на территории Турции фактически разрешалось проживать только в старых границах города Константинополя (включая Принцевы острова), а также на греческих островах Имброс и Тенедос на северо-востоке Эгейского моря, освобождённых греческим флотом ещё в Балканские войны 1912-13 годов и бывших в составе Греции почти 10 лет, но оставленных Турции Лозаннским мирным договором (1923), в силу их расположения у входа в Черноморские проливы. Однако давление турецких властей, введение «налога для меньшинств» и массовые погромы в 1950-х годах привели к резкому сокращению числа коренных константинопольцев. Несмотря на все невзгоды и гонения турецких властей, до 90 тысяч константинопольских греков продолжали жить в родном городе.
В 1964 году, под предлогом межобщинных конфликтов на Кипре, правительство Инёню попрало все международные договоры и обязательства Турции и приступило к массовой депортации константинопольских греков, лишив Родины 60 тысяч человек.
(в 2006 году в Стамбуле проживало менее трёх тысяч православных греков,в основном священников и их семей в Стамбуле, где центром греческой жизни остаётся квартал Фенер (Фанар), место резиденции Константинопольского Патриарха)
В результате, мусульманская община в греческой Западной Фракии, выведенная за рамки обмена населениями, оказалось сегодня в десятки раз больше греческой общины Константинополя и Имвроса-Тенедоса, хотя по замыслу инициаторов насильственного обмена населениями эти две общины должны были уравновешивать друг друга.
Семья Сарриса была в числе депортированных, и в числе других изгнанных из своего Отечества жителей вступила на территорию Греции перейдя мост на пограничной реке Марица.
Академическая и политическая деятельность в Греции Несмотря на невзгоды и негативные перемены в жизни, Саррис продолжил свою активную деятельность в новых условиях. Прежде всего он продолжил учёбу на факультетах политических и экономических наук Афинского университета, а затем на факультете психологии Женевского университета. Свою докторскую диссертацию защитил в Университете Аристотеля в Салониках.
Преподавательская деятельность Профессор Саррис преподавал социологию истории в университете Пантеон, со специализацией на Османском периоде. Был деканом факультета социологии университета Пантеон.
Преподавал также психосоциологию в Цюрихском университете. Параллельно и в течение 30 лет он преподавал социологию кинематографа в частной Школе кинематографа-телевидения Ликурга Ставракоса, которую на протяжении многих лет он представлял на Мюнхенском кинофестивале.
Политическая деятельность Саррис стал последовательно советником и сотрудником двух председателей партии — и . После смерти последнего центральный комитет партии возложил на него должность председателя партии. Хотя к тому времени Союз центра не представлял уже реальную политическую силу, этот выбор сделал Сарриса четвёртым в почётном ряду председателей партии начиная с Георгиоса Папандреу и далее после Г. Мавроса и И. Зигдиса.
В конце 1970-х годов Саррис был негласным посредником между Грецией и Турцией, зондируя почву с Бюлентом Эджевитом и с турецкой политической верхушкой в целом, перенося их мысли и позиции греческому премьеру через ушедшего в отставку Г. Мавроса
На парламентских выборах 2009 года, Саррис был номинально кандидатом от партии , предоставив своё имя на почётном последнем месте избирательного всегреческого бюллетеня партии, что практически исключало его избрание, повторив таким же образом и своё участие в бюллетене партии Демократическое социальное движение (ΔΗΚΚΙ) на выборах 2000 года.
Друг турецкого народа — враг кемалистского государства Саррис имел глубокие знания о историческом пути турок, формировании, характере и их образе мышления. Народа который он не только не ненавидел, а ощущал что и он сам является детищем бурного противоречивого и трагического пути нового турецкого государства. Вместе с ними он вырос, испытал на себе противоречия турецкого общества, исследовал научно его формирование и эволюцию. Но у него была моральная и интеллектуальная сила дабы не относиться враждебно к турецкому народу. Он оставался в друзьях со всеми знакомыми ему турками и не прерывал контактов. Существенным образом он испытал на себе противоречивое формирование современного турецкого государства, опасность исходящую от него, разнообразный антропологический состав его общества и его трагические контрасты, но и (скрываемое) родство с греками. Саррис, как никто другой был редким знатоком разнообразного антропологического состава народов современного турецкого государства и особенностей турецкой внешней политики.
При этом он не скрывал своё неприятие турецкого государства, особенно в отношении кемалистской Турции. Широкую известность получило его изречение, которое занимает видное место в современных греческих цитатниках: У Турции нет истории, но (есть) список уголовных преступлений. Саррис считал что кемализм — это младотурецкая секта, а «младотурки — это первые нацисты Европы — в полном смысле этого слова».
В том что касается попыток представить Кемаля демократом, а созданное им государство демократическим, Саррис писал, что «Кемаль имел такое же отношение к демократии как и Муссолини», что «созданное им государство было авторитарным и репрессивным», «где виселицы были обычным явлением для наказания инакомыслящих».
Саррис о планах современной Турции В 1990 году, в журнале «Новая социология» («Νέα Κοινωνιολογία») в посвящении Греция—Турция — турецкие намерения и греческие иллюзии («ΕΛΛΑΣ — ΤΟΥΡΚΙΑ — οι τουρκικές προθέσεις και οι ελληνικές αυταπάτες»), Саррис опубликовал статью Греко-турецкие отношения и европейская интеграция («Ελληνοτουρκικές Σχέσεις και Ευρωπαϊκή Ολοκλήρωση»), в которой предсказывал, что Турция не вступит в Европейский союз, поскольку её основная цель не европейская модернизация, а ревизия международных соглашений (в первую очередь Лозаннского), для достижения цели всех политических сил в Турции, каковой является воссоздание Османской империи как турецкой империи.
Он писал что сначала Турция попытается достичь этого расширяя влияние на тюркоязычные и мусульманские народы бывшего СССР и арабоязычные регионы Ближнего Востока, нейтрализуя любую реакцию на её планы, с тем чтобы в итоге присоединить территории, которые были утеряны Османской империей согласно международным договорам. По этой причине она пытается навязать себя в качестве ведущей силы исламского мира, позиционируя себя великой державой, которая защищает мусульман против крестоносцев Запада.
Касательно перспектив в отношениях Турции и Европы, Саррис ссылался на тексты турецких интеллигентов и политиков, согласно которым целью Турции должно быть осуществление планов Сулеймана I, но не посредством войны, а посредством роста населения Турции и мусульманского мира в целом, а также перемещением больших групп этого населения в Европу, с тем чтобы её идеологическое и культурное влияние в Европе стало доминирующим.
Большим вкладом в освещении планов Турции, стал координированный Саррисом перевод и издание книги турецкого профессора, в дальнейшем министра иностранных дел, Ахмета Давутоглу «Стратегическая глубина». Издание книги на греческом позволило любому греку, которого интересуют планы Турции, ознакомиться как мыслит неоосманский центр в Анкаре и наглядно демонстрирует, что проблемой является не только кемалистский национализм военных, но и османские амбиции и планы исламодемократов Р. Эрдогана.
Персона нон грата Профессор Константин Холевас пишет, что благодаря Саррису греческий читатель узнал много о соседней стране, которая, как это ни странно, остаётся для греков неизвестной. Саррис пытался создать фундамент для серьёзных тюркологических исследований, параллельно указывал, подкрепляя это не только своими знаниями, но и документами, опасность которую представляет для эллинизма неосманский экспансионизм.
Он мешал планам наивных и исторически безграмотных последователей бездумного «греко-турецкого сближения», которые высказывали желание убрать из школьных учебников героев и мучеников, принять навязанные внешними силами планы типа Плана Аннана, отказаться от своих прав вытекающих из Международного морского права в Эгейском море.
Хотя П. Ифестос, профессор международных отношений Пирейского университета отмечает почтение высказываемое Саррису его турецкими коллегами, которые считали Сарриса наилучшим тюркологом, это однако и была проблема его личного и академического присутствия в греческом государстве. Местные «грызуны», по выражению П. Ифестоса, на поприщах политики, информации и (якобы) науки, били его непрерывно и беспощадно, не желая чтобы подобный голос был услышан. Местная ксенократическая (зависимая от Запада) система, которая приняла деструктивную позицию умиротворения Анкары, не хотела чтобы греки слышали Сарриса. Им не удалось заставить его замолчать, при этом, как пишет Ифестос, он оставался спокойным и мягким человеком.
К. Холевас пишет что в отличие от анализов Сарриса основанных на глубоком знании турецкого языка, общества, истории и политики большая часть тюркологических анализов в Греции производится политическими-научными фондами-институтами которые заведомо ориентированы на миротворчество то есть на греческие уступки Турции.
«Сеть 21» В декабре 1997 года Саррис стал одним из организаторов патриотической (по другим оценкам националистической) организации Сеть 21 (ссылка как на XXI век, так и на 21й год.
Организаторы сети предполагали сделать её аналитическим центром, рассматривавшем не только отношения Греции — Турции, но Кипрский вопрос, Курдский вопрос, Фракию, Северный Эпир, Македонский вопрос, Понтийский вопросhttps://www.iefimerida.gr/news/126027.
В конце 90х годов греческий канал High TV предоставил ему возможность озвучить причины его противодействия навязываемой извне так называемой «греко-турецкой дружбе» в большой серии телепередач под заголовком «Сечения».
Его вовлечённость и активная деятельность в вопросах болезненных для официальной Турции сделали его по сути персоной нон грата в этой стране.
Курдский вопрос Характерен совет Сарриса греческим интеллигентам, которых вводил в заблуждение европейский стиль их турецких собеседников: «если ты хочешь узнать как (что) думает твой собеседник, спроси его мнение о курдском вопросе».
В связи с этим Саррис информировал что в разговоре о демографии с видными лицами деловой Турции, он получил ответ что «демографическая проблема не у вас [в Греции], а у нас [в Турции]», поскольку население растёт за счёт курдов.