Даосизм в Корее — религиозно-философское учение, получившее распространение на территории корейского полуострова в период правления династии Тан. Особенность корейского даосизма заключается в синкретизме традиционных китайских положений учения о Дао и протокорейских народных верований.
До недавнего времени предмет исследования даосизма в Корее получал лишь ограниченное внимание от историков культуры. Корейский буддизм, конфуцианство и протокорейский шаманизм были и остаются объектом интенсивных философских, антропологических, социологических и исторических исследований, но даосизм, если его исследуют, обычно сводится к теме источников литературных сюжетов в традиции корейской культуры.
Отсутствие научного интереса к даосизму в Корее объясняется давними предположениями о том, что даосизм оставил незначительный след в истории Кореи, поскольку ему, в отличие от буддизма и конфуцианства, не хватало институциональной базы. Политическая институциональность была отвергнута как конфуцианской, так и буддийской элитами, как подрывная деятельность нормального социального и этического поведения, о чем свидетельствует неоднократное осуждение даосизма в историографических источниках.
Эти предположения, однако, основаны на ограниченном определении даосского учения, некритическом понимании конфуцианской историографии и чрезмерной зависимости от конфуцианских историографических текстов. Когда рассматриваются альтернативные источники (фольклор, мифы, биографические эссе), в подавляющем большинстве присутствуют свидетельства о частой ритуальной практике корейского дао и позитивной оценке даосских идей в культуре в целом.
Ещё одна проблема заключается в том, что большое количество корейских ученых полагают, что корейский даосизм не был импортирован из Китая в определенное время, а, по сути своей, является корейской традицией, которая разделяет характеристики с китайским даосизмом. Официальные исторические записи отмечают, что в Древней Корее, около седьмого века н. э., даосизм был передан из Китая эпохи Тан, но до этого существовала традиционная форма веры и поклонения, очень похожая на китайский даосизм и часто описываемая как коренной «корейский даосизм» Ким Бу Сик. Самгук саги. (Летописи Когурё. Летописи Пэкче. Хронологические таблицы). Т. 2. M. Восточная литература. 1995. В подтверждение этого приводятся «Миф о Тангуне» и другие мифологические рассказы, связанные с созданием Кореи, очевидно, созданные под влиянием идеи о бессмертии. С этой точки зрения «корейский даосизм» тесно связан с древней коренной культурой. Он имел решающее значение для формирования уникального характера корейской культуры, и это было особенно важно в то время в истории, когда было необходимо подчеркнуть корейскую политическую и культурную самобытность.
Корейские исследователи считают, что, хотя «корейский даосизм», таким образом, является очень древним и подлинным корейским компонентом, он развился в совершенно новых направлениях с введением даосизма, который стал передаваться из Китая. В конечном счёте, эти два философско-религиозных мотива объединились, чтобы сформировать корейский даосизм (в прямом его значении), опирающегося на принципы традиционного китайского даосизма, значительно обогащаясь в своей структуре.
Принимая во внимание позицию корейского научного общества, всё же справедливо заметить, что, хотя в протокорейской культуре и существовали схожие с даосизмом натурфилософские, мифологические и религиозно-ритуальные мотивы, они не были структурированы и оформлены в какое-либо философско-религиозное учение, так что говорить о том, что в древней Кореи уже существовал «корейской даосизм», вряд ли возможно.
Даосизм в Когурё Временем начала проникновения даосизма на Корейский полуостров считается период Самгук (I—VII в.) — корейского троецарствияТорчинов Е. А. Даосизм. Опыт историко-религиоведческого описания. СПб., Андреев и сыновья, 1993. С. 211—212.. В Когурё расцвет учения приходится на начало VII в. В 624 г. танский император Гао-цзу (高祖) отправил в Когурё посольство для проповеди даосизма. В ответ, в 625 г. король Когурё отправил в Китай дипломатическую миссию, целью которой являлось обучение даосским практикам. Этот «дипломатический обмен» принято считать официальной отправной точкой проникновения даосизма из Китая в Корею.
В установившихся между Китаем и тремя корейскими царствами (в частности Когурё) отношениях, корейские государства приняли на себя роль сателлита. Экспорт даосизма имел прежде всего политическую функцию установления контроля над государственным аппаратом Когурё, внедрения в культурную жизнь государства и установления общих с Китаем философско-религиозных доктринCha Juhwan. Shilla scholars in Tang China and Daoism. 1988. P. 11-38.. Ещё одной целью танского двора являлось подавление Когурёсского буддизма. По заключенным дипломатическим договорённостям государственный аппарат в Когурё был обязан контролировать и всячески сдерживать излишнее распространение буддизмаJung Jaeseo. Characteristic of Korean Daoism. 1995. P. 159—211..
В 642 г. главой государства Когурё стал Ён Кэсомун (?—666 гг.) поддерживающий доктрину «единства трёх учений» и считавший, что наравне с буддизмом и конфуцианством в Корее так же сильно должно быть распространено учение дао. Согласно труду средневекового историка Ким Бу Сика, в первые дни своего правления Ён Кэсомун заявил: «Три вероучения подобны треножнику, и если не будет хватать одной ноги, не сможет устоять котел. Сейчас процветают два учения — Конфуция и Будды, но не получило расцвета учение о Дао, поэтому нельзя сказать, что мы располагаем искусством постижения всеобщего закона». По его просьбе в 643 г. из Китая прибыла группа даосов для проповеди и распространения учения.
Интересно то, что после 643 г. даосизм в Когурё имел дуалистическую форму: первая — ритуалы обеспечения безопасности государства и правящей династии. Вторая — народные верования. Первая форма была прямым результатом политических интенций Танского двора, вторая же — отражение протокорейских верований и ритуалов, нашедших общие мотивы с китайским даосизмом и слившихся с нимКим Г. Н. История религий Кореи. Алматы, Казак университетi, 2001, С. 98..
В Когурё существовали храмы поклонения духам звезд и духам предков: Линсин (零星) и Шэцзи (社稷), а так же священная пещера Суйшэнь (禭神 Сухёль), изначально предназначающаяся для проведения ритуалов, связанных с корейским шаманизмом. Пещера Суйшэнь использовалась для проведения даосских ритуалов, чрезвычайно близких корейским по обрядностиПак М. П. Описание корейских племен начала нашей эры (по «Сань-го Чжи») // Проблемы востоковедения, № 1. 1961 С. 115—138..
Даосизм в Пэкче и Силла К сожалению, про распространение даосизма в Пэкче и Силла известно намного меньше, чем про Когурё. Прежде всего, это обусловлено не такими тесным дипломатическим отношениями, а так же географической отдалённостью этих государств от Китая.
Что касается Пэкче, то нет никаких прямых формальных записей в корейской историографии о распространение даосизма в этом государстве. Однако, ссылаясь на указанные в японских летописях «Нихон сёки» данные о том, что в десятый год правления императора Тайко (602 г.) пэкчесский монах Гуань Лэй (觀勒) прибыл в Японию и представил императору астрологические писания, календари, тексты, посвященные календарному расчету и методам магии, можно сделать вывод о том, что даосизм уже получил должное распространение в ПэкчеНихон сёки : Анналы Японии : в 2 т. / пер., комм. Л. М. Ермаковой, А. Н. Мещеряковов. — СПб. : Гиперион, 1997. Т2. C. 92-93.. Ещё одним доказательством являются обнаруженные в конце XX века в ходе археологических раскопок в руинах пэкчесского дворца правящей династии артефакты. Например, выплавленная из бронзы и золота курильница бошань-лу(博山爐), найденная в дворцовой мастерской, имеет на себе гравюрное изображение Пэнлая (蓬萊) - «Рая бессмертных»Dictionary of Korean Archaeology, edited by National Research Institute of Cultural Heritage, Seoul, 2001, P.1130-113.
Царство Силла позднее всех наладило дипломатические отношения с Китаем. Так же как и с Пэкче, отсутствуют какие-либо записи в корейской историографии о распространение учения в этом царстве.
Несмотря на значительное сходство идеологических основ Пэкче и Силла, последнее не проявило особого расположения к даосизму, хотя вполне очевидно, что учение оказало всеобъемлющее влияние на развитие его общественной мысли. Ещё средневековой корейские учёные писали по этому поводу, что, хотя силласские правители на словах не намеревались управлять государством, руководствуясь принципами премудрого Лао-цзы, но в действительности же они правили именно с их помощью. Это означает, что в Силла точно так же, как и в Пэкче, идеи даосизма были известны, а так же в силласской культурной традиции имелись общие с даосизмом черты. Так, например, миф о Пак Хёккосе — древнем основателе государства Силла — наполнен идеями о небожительстве и культе бессмертного.
В VII веке (около 621—624 г.) силласское царство образовало военно-политический союз с Танским двором. В 643 году один из наиболее могущественных императоров танской династии Ли Шиминь (李世民) (559—649 гг.) принял дипломатическую делегацию из Силла для обсуждения войны против пэкчесского и когурёсского царств, но никаких определённых соглашений не было заключено. В 655 г. войска Когурё и Пэкче атаковали северные границы Силла и захватили 33 крепости. Тяжкое состояние силласского царства послужило основным аргументом в принятии решения отправить против Пэкче танские войска. В 660 году Силла захватило Пэкче, а в 668 г. завоевало также и Когурё. Военно-политический альянс танского двора и Силла распался в 674 году. Начались Силла-Танские войны, продлившиеся 10 лет и положившие конец экспансии Танского Китая на полуострове и образованию Объединённого Силла. С 676 года по 841 год Тан и Силла находились в мире и вели оживлённый культурный обменИстория Востока. В 6 т. Т. 1. Восток в древности / Гл. редкол. : И90 Р. Б. Рыбаков (пред.) и др.; [Отв. ред. В. А. Якобсон]. — М: Вост. лит., 2002. Гл. 25. В результате данного культурного обмена, широкое распространение и популярность среди государственной элиты в Объединённой Силла получили алхимические трактаты о создании эликсиров бессмертия, импортированные из Китая. Множество Силласских монахов были отправлены в Китай для обучения. Одним из них был и Ци Хуэй(慈惠), отправленный в Китай в 827 г., записи о результатах которого сохранились в чосонских алхимических трактатах 16 векаKohn Livia. Daoism Handbook, Brill, Leiden, 2000, P. 798—802..
Даосизм в Корее после падения Тан. Влияние на корейскую культуру В конце IX века Объединённое Силла (668—935 гг.), раздираемое внутренней борьбой, ослабло и потеряло власть над наместничествами. Страна погрузилась в хаос гражданской войны и восстаний, в результате которых появилось новое корейское государство — Корё (918—1392 гг.). Безусловно, что официальной религией в государстве Корё был буддизм, однако в равной мере неотъемлемой, составной частью его духовной и религиозной жизни были идеи геомантии, а так же гадательные практики, характерные даосизму. Религия в Корё характеризуется как эсхатологическая, как религия откровения, подкреплённая практикой геомантии и прорицанием. Роль даосизма в Корё была во многом схожа с его социальными функциями в Когурё, то есть она сосредотачивалась вокруг государственных ритуалов, связанных с культом Неба и вымаливанием сохранения и спасения государства и правителя. Наблюдалось также проникновение даосизма в народные верования, например, в культ Горного духа, а также мольбы простых людей ниспослать им личного счастья в мирской жизни.
Таким образом, можно утверждать, что принципами даосизма была пропитана повседневная жизнь населения Корё. В этот период строились даосские храмы и регулярно исполнялись государственные ритуалы культа Неба. Даосизм в Корё переплетался с буддизмом и корейским шаманизмом и превратился в религиозную веру постижения счастья, обладающей мистической силой спасения.