Ре́джинальд Кётлиц (, 23 декабря 1860, Остенде — 10 января 1916, Крэдок) — британский врач и полярный исследователь. Происходил из семьи выходцев из Пруссии, в 1894 году натурализовался как британский подданный. Получил образование врача, в период 1885—1893 годов держал частную практику в графстве Дарем, где увлёкся геологией.
В качестве врача и геолога Кётлиц участвовал в экспедиции Джексона — Хармсворта на Землю Франца-Иосифа (1894—1897) под руководством Фредерика Джексона. Вернувшись из Арктики, участвовал в английской экспедиции в Эфиопию и Сомали (1898—1899) и в 1900 году совершил поездку в Амазонию. Благодаря поддержке Альфреда Хармсворта и Фритьофа Нансена получил место врача в Британской национальной антарктической экспедиции (1901—1904), проходившей под началом Роберта Скотта. Консерватизм руководства и плохие отношения с участниками экспедиции помешали Кётлицу в его научной карьере. После возвращения из Антарктиды он отошёл от исследовательской деятельности и в 1905 году переселился в Южную Африку, где и скончался.
После кончины Реджинальд Кётлиц был надолго забыт. Только в 2011 году вышла первая его биография, некоторые другие исследования его вклада в науку увидели свет в 2012—2013 годах. Архив, зооботанические, этнографические и геологические коллекции хранятся в Музее Дувра. В его честь назван остров Кётлица на Земле Франца-Иосифа, в Антарктиде и некоторые другие объекты.
Становление Семейство Кётлиц происходило из Кёнигсберга и владело поместьями в Гросс-Вальдеке; история рода, первоначально именовавшегося «фон Китлиц», может быть прослежена до XIV века. Дед Реджинальда — Иоганн Фридрих фон Кётлиц — родился в Тильзите, имел титул «Freiherr» и собственный герб. Однако после скандальной дуэли он был лишён титулов и званий, и, вероятно, после этого семья перебралась за пределы Германии. Иоганн Кётлиц растратил семейное состояние игрой в лотерею и на чужбине стал первым в роду, удостоенным звания пастора. Отец Реджинальда — Мориц Кётлиц — родился в 1816 году в Кёнигсберге, но большую часть жизни провёл в Бельгии, где служил священником. Неизвестно, где он познакомился со своей женой — английской подданной, урождённой Розеттой Энн Джейн, происходившей из Миддлсекса. Когда 23 декабря 1860 года родился Реджинальд, его отец служил в Остенде священником реформатской лютеранской церкви. Однако более глубоких изысканий провести невозможно, так как архивы Остенде были уничтожены во время Второй мировой войны. В конце 1860-х годов семейство перебралось в Дувр, к тому времени родились братья Реджинальда Морис, Роберт и Артур и сёстры Розетта и Элиза. Отец продолжал работать священником и помогал своей жене в управлении школой, расположенной в Хогаме. Кётлица-старшего современники описывали как чрезвычайно щедрого человека, готового прийти на помощь любому, кто попросит.
Старшие сыновья Морица Кётлица — Реджинальд и Морис — в 1873 году поступили в , но не слишком преуспевали в учёбе. В число предметов входили латынь, греческий, французский и немецкий языки. В 1876 году Реджинальд бросил колледж и получил должность в торговой фирме, причём по делам был командирован в Канаду. Осознав, что хочет быть исследователем и путешественником, он решил продолжить образование. В 1878 году Реджинальд был принят в в Лондоне, в которой на практике изучалась медицина. В медицинских предметах он быстро продемонстрировал большие успехи. Видимо, у Кётлица установились добрые отношения с начальством, поскольку именно этот госпиталь предоставил ему в 1901 году необходимые лекарства и инструменты для антарктической экспедиции. Кётлиц стал членом Королевского колледжа врачей, а продолжил образование в Эдинбургском университете, где получил звание лиценциата (LRCP Edinburgh). Занимаясь медициной в Эдинбурге, Кётлиц заинтересовался геологией, в которой совершенствовался самостоятельно.
С 1885 года Реджинальд Кётлиц стал практикующим врачом в деревнях Баттлноул, Вудланд и Нью-Копли графства Дарем, — крупного горнодобывающего центра того времени. Здесь он столкнулся с болезнями и нищетой местного населения, и его взгляды сделались заметно более левыми, чем у людей его круга викторианской эпохи. Кётлиц вступил в Оклендский союз борьбы с бедностью и служил там врачом на общественных началах. Он продолжал увлекаться геологией и составил большую коллекцию местных минералов. Фритьоф Нансен впоследствии писал, что для геолога-самоучки Кётлиц обладал огромными познаниями. В 1893 году Кётлиц был принят в ряды . Совершая походы для сбора геологических образцов, врач также приобрёл навыки охотника и чучельника. Медицинская практика Кётлица была спокойной, однако его периодически привлекали для вакцинации в округе Хамстерли.
В 1891 году Кётлиц вступил в , будучи назначен врачом 2-го добровольческого батальона , а в 1893 году получил звание старшего лейтенанта. В связи с отъездом в Арктику в 1894 году он был уволен в отставку. В Баттлноуле Кётлиц вступил в масонскую ложу Барнард-Касл, впоследствии состоял в городских ложах и Сомерсет-Иста, масонские символы были нанесены и на его надгробие.
В начале 1894 года Реджинальд Кётлиц решил изменить свой образ жизни; медицинскую практику он передал брату Морису (затем она перешла к племяннику — тоже Морису, — скончавшемуся в 1960 году). Совершив переезд из Дарема в Дувр на велосипеде, он поселился в доме родителей и стал искать вакансию в географической экспедиции. К тому времени семья приобрела солидную репутацию в медицинских и религиозных кругах. Это помогло Реджинальду в процессе натурализации: 9 июля 1894 года датирован сертификат о предоставлении ему британского подданства за подписью лично государственного секретаря Герберта Асквита. Именно в Дувре Кётлиц увидел объявление о вакансии в экспедиции Фредерика Джексона и через журнал «Ланцет» обратился к главному спонсору — Альфреду Хармсворту, после чего получил в готовящейся экспедиции должность врача и геолога.
Три года на Земле Франца-Иосифа
Сезон 1894—1895 годов
После принятия в штат экспедиции Кётлиц занялся подбором и закупкой провианта, рацион которого рассчитывался с учётом профилактики цинги — постоянного заболевания в полярных путешествиях того времени. Консультантом по составлению рациона был врач экспедиции Ли Смита 1881—1882 годов — У. Нил, который, как и Кётлиц, учился в больнице Гая и Эдинбургском университете. Его принципиальная позиция заключалась в том, что лучшим средством профилактики цинги является потребление сырого мяса и крови арктических животных.
Экспедиция Джексона — Хармсворта была поддержана Королевским географическим обществом. Экспедиционное судно «Виндворд» вышло из лондонского дока Сент-Кэтрин 11 июля 1894 года, причём в проводах участвовали лично сэр Клементс Маркем (бессменный президент Географического общества), адмирал Мак-Клинток и некоторые другие полярные исследователи. 31 июля «Виндворд», на протяжении всего пути боровшийся со штормами и туманами, прибыл в Архангельск. Здесь, а также в Хабарово, были приняты припасы и снаряжение, включая разобранную избу. Первоначально Джексон планировал воспользоваться базой Ли Смита, основанной в бухте Гавань Эйры на острове Белл. Из-за тяжёлых льдов зимовщики смогли высадиться 8 сентября на мысе Флора. Экспедиционная база получила имя «Элмвуд» () — в честь резиденции главного спонсора Хармсворта. Она состояла из построенных на месте жилого дома, четырёх деревянных складов с парусиновой крышей, собачьей будки и конюшни. В работе по обустройству базы принимали участие абсолютно все, включая учёных и начальника. Из-за рано наступившей зимы «Виндворд» не смог вернуться, поэтому на зимовке остался 41 человек, а не 8, как предусматривалось планом. До конца ноября участники экспедиции жили в своих каютах и лишь после наступления полярной ночи перебрались в избу.
На зимовке Кётлиц столкнулся с авторитарным характером Джексона, который требовал письменного отчёта по мелочам и срывал плохое настроение на членах команды. Серьёзный конфликт между Джексоном, первым помощником Армитеджем и Кётлицем возник из-за того, как заставить судовую команду работать и лечиться от цинги: начальник экспедиции обвинил врача и своего заместителя в том, что матросы целые дни проводят в койках. Судя по дневнику Кётлица, Джексон постоянно страдал от инфекции в ушах, геморроя и невралгии, что не способствовало душевному равновесию; вдобавок он критиковал врача за применяемые методы и лекарства. Врач регулярно навещал судовую команду, но большинство матросов отказывалось выходить на мороз для физической разминки и брезговали мясом моржей и медведей. Несмотря на то, что команде выдавали лаймовый сок (по одной унции — то есть — в день на человека, начиная с 23 сентября), на борту началась цинга. Уже в октябре большое беспокойство вызывало состояние здоровья капитана, что привело к падению дисциплины. Благодаря настойчивости Джексона, Армитеджа и Кётлица к марту 1895 года лишь двое матросов отказывались от свежего мяса, и именно они пребывали в тяжёлом состоянии. В июне 1895 года матрос Моатт скончался и был погребён на плато позади «Элмвуда».
Кётлиц на зимовке занимался зоологическими исследованиями и скрупулёзно описывал в журнале результаты вскрытия и разделки всех добытых охотниками животных и птиц, а также набивал чучела. Одним из экспериментов, проведённых врачом над собой, было поедание печени белого медведя, которой, как он выяснил, избегают чайки и другие обитатели Арктики. В результате Кётлиц получил отравление витамином А (о котором тогдашняя наука не имела понятия) и предельно точно описал его клинические симптомы. Кроме того, Кётлиц сшил маску для носа и лица и единственный не страдал от обморожений и солнечных ожогов. Начальник экспедиции считал, что ездовые собаки не слишком пригодны для полярных исследований, и делал ставку на пони, выносливость которых оценил во время путешествия по Северу России. По мере приближения весны Джексон и Армитедж начали выезжать на взятых с собой пони, приучая их к полной нагрузке. Кётлицу поручили ездовых собак, и к 1 марту он сшил 18 комплектов упряжи для нарт.
Во время весенних походов 1895 года Кётлиц оставался на базе, а 4 мая отправился на остров Гукера за геологическими образцами. Поскольку все пони были заняты Джексоном, врач оценил преимущество ездовых собак в экстремальных условиях, особенно на неровной местности и в рыхлом снегу, в который пони проваливались по брюхо. Несмотря на малый опыт, Кётлицу удалось поладить с упряжкой, а его ассистент Чайлд бежал на лыжах рядом. 1 июля 1895 года Кётлиц с Чайлдом и ботаником Фишером отбыли в геологическую экскурсию на мыс Гертруда. С вершины мыса экспедиционеры наблюдали 3 июля отплытие «Виндворда», а в последующие дни Кётлиц был занят исследованием песчаников и сланцев. Во время летних экскурсий он попытался обосновать полезность холодных купаний и охотно мылся в талых озерцах при температуре воды +37 °F и воздуха +45 °F (соответственно, +3 и +7 °C); холодные купания практиковались в его семье на родине.