Хенрик Мосинг (полное имя Хенрик Эрнест Иоанн Рикард Мосинг , также Генрих Станиславович Мосинг, отец Павел; 27 января 1910, Львов, Австро-Венгрия — 27 ноября 1999, Львов, Украина) — польский и советский , доктор медицины (1937), доктор медицинских наук (1956), профессор, священник.
Биография Происходил из львовской семьи врачей, где эту профессию наследовали от поколения к поколению. Врачами были его прадед, дед и отец. С 1920 года он учился в III, а затем IV-й гимназии во Львове, а с 1921 года, когда семья переехала в Перемышль, учился там во Второй младшей государственной гимназии имени Казимежа Моравского, где получил аттестат об окончании ее в 1928 году. Тогда он поступил на медицинский факультет в университете им. Яна Казимира во Львове, который окончил в 1934 году. Еще во время обучения он увлекся исследованиями известного специалиста по риккетсиям, Рудольфа Вайгля, изобретателя первой вакцины против эпидемического сыпного тифа, автора метода выращивания возбудителя — «Rickettsia prowazekii» в кишках лабораторной популяции вшей, что повлекло бурное развитие учения о риккетсий в мире. По окончании университета Мосинг начал работать во львовском институте, который возглавлял Вайгль, заботясь эпидемиологией эпидемического сыпного тифа. Как молодой перспективный учёный Мосинг был представлен лауреату Нобелевской премии, основателю учения о риккетсии Шарлю Николю, после чего ему были созданы условия для стажировки в Институте тропической медицины в Гамбурге, где он прошел соответствующий курс. Побывал он и в лаборатории другого лауреата Нобелевской премии Жюля Борде в Пастеровском институте в Брюсселе. В течение четырёх лет, с 1935 по 1939 год, Мосинг возглавлял Центральную биологическую лабораторию Института гигиены в Варшаве, продолжая тесную связь с учителем, который работал во Львове. В 1937 году первым из числа сотрудников Вайгля защитил докторскую диссертацию в 27-летнем возрасте, посвященную эпидемиологическим и серологическим исследованием эпидемического сыпного тифа. Результаты его работы получили высокую оценку и были опубликованы в официальном издании гигиенической секции Лиги Наций. Кроме эпидемического сыпного тифа он изучал еще волынскую лихорадку. Исследования и публикации сделали Мосинга знаменитым специалистом в области эпидемического сыпного тифа в конце 1930-х годов. Признавая его заслуги, Президент Республики Польша Игнаций Мосцицкий приказом от 23 сентября 1938 года наградил его Золотым крестом заслуги. Но дальнейшая работа над этой научной проблемой эпидемического сыпного тифа была приостановлена из-за начала Второй мировой войны и раздела Польши между Германией и СССР согласно пакту Молотова — Риббентропа.
Во времена СССР (1939—1941) После присоединения в 1939 году Львова к СССР на базе института Вайгля был основан в 1940 году Львовский санитарно-бактериологический институт, который возглавил советский организатор здравоохранения с большим опытом руководящей работы Сергей Николаевич Терехов. Он обратил внимание на молодого доктора медицины Мосинга, которому искренне симпатизировал, распознав в нем выдающегося эпидемиолога и глубоко порядочного человека.
Во времена немецкой оккупации Львова В тяжелые годы немецкой оккупации Львова Мосинг не оставил своего учителя Вайгля, стал его заместителем в институте, вместе они занимались работой по производству высыпнотифозной вакцины, которую вопреки запрету немецкой оккупационной власти нелегально распространял для вакцинации гражданского населения. Благодаря личному мужеству Мосинга этот препарат поставлялся в гетто, концентрационных лагерей. Есть свидетельства, что Мосинг с Вайглем поддерживали устойчивые связи с антифашистским подпольем, многие его члены получили крайне необходимое вакцинирование и не заболели на эту тяжелую болезнь. Эдвард Плежчевский писал: С приближением фронта производство вакцины было прекращено, а Вайгль по требованию оккупационных властей был вынужден в марте 1944 года переехать в Краков. Но научное наследие Вайгля не погибла, при переходе Львова в руки советской власти в условиях военного расстройства Мосинг несмотря на опасность собственной жизни бережно сохранил уникальное лабораторное оборудование и биологический материал института Вайгля. Благодаря Мосингу хорошо адаптирована к содержанию в лабораторных условиях популяция вшей «Pediculus humanus» и штамми риккетсий, необходимые для производства вакцины в промышленном масштабе не были потеряны.
После освобождения Львова от немецкой оккупации В 1944 году вместе с советскими войсками вернулся во Львов Терехов как уполномоченный организации здравоохранения на освобожденной от немецкой оккупации территории. Он хорошо понимал исключительную важность трудов Вейгля для решения проблемы эпидемического сыпного тифа, и, зная Мосинга с довоенных времен, он прибег к беспрецедентному шагу — назначил Мосинга, несмотря на его пребывание в немецкой оккупации, на руководящую должность исполняющего обязанности директора вновь созданного Львовского института эпидемиологии и микробиологии. Мосинг в максимально короткий срок организовал висипнотифозний отдел и на его базе наладил производство вакцины Вайгля. В дальнейшем продукция вакцины была увеличена, когда Мосинг еще и занял должность заведующего этого отдела. В то же время он снова вернулся к вопросам фундаментального изучения эпидемиологии эпидемического сыпного тифа, которое начал еще в довоенные годы, и которое было прервано оккупацией. Изучение этой инфекции в послевоенные времена было продолжено. Мосинг, используя сохраненные методы Вейгля, продолжил изучать биологию возбудителя, методы лабораторной диагностики, накапливал все новые материалы, на основании которых в дальнейшем у него сложился свой взгляд на перспективу окончательной ликвидации эпидемического сыпного тифа в тех эпидемиологических обстоятельствах, сформировавшихся на то время в СССР. В это время Хенрик Мосинг стал гражданином СССР, был вынужден поменять своё имя на Генрих и добавить традиционное для советской системы отчество Станиславович.
В начале 1950-х годов, благодаря противоэпидемическим мерам борьбы с эпидемическим сыпным тифом на фоне роста благосостояния населения, эпидемические вспышки этой инфекции в СССР прекратились, уровень заболеваемости снизился и эпидемический сыпной тиф регистрировался в виде единичных спорадических заболеваний — болезни Брилла-Цинссера. Эти спорадические заболевания возникали преимущественно у лиц, ранее — 15-20 лет назад перенесли эпидемический сыпной тиф во время эпидемий. Между этими случаями болезни Брилла-Цинссера эпидемиологического связи не наблюдалось. При самом тщательном обследовании опытным эпидемиологам не удавалось выявить очаги инфекции или установить передачу возбудителя вшами. Заболевания регистрировались в течение всего года без характерной для этого заболевания сезонности.
На основании своих многолетних эпидемиологических наблюдений и значительного экспериментального материала Мосинг научно обосновал и доказал, что ликвидация эпидемического сыпного тифа в СССР долговременный, растянутый на десятилетия процесс, а не ограниченная несколькими годами кампания, как считали авторы официальной доктрины. Ссылаясь на наблюдения Ханса Цинссера, который еще в 1934 году при изучении спорадических заболеваний эпидемическим сыпным тифом среди европейских эмигрантов в США, высказал гипотезу, что такие заболевания являются рецидивами перенесенного много лет назад эпидемического сыпного тифа. Этой болезни было дано название болезнь Брилла-Цинссера. Мосинг считал, что спорадические заболевания в СССР тоже имеют признаки рецидивных и будут возникать в стране перманентно в течение десятилетий. В то же время эти спорадические случаи эпидемического сыпного тифа являются потенциально опасными и несут угрозу возникновения эпидемий. На конкретных примерах эпидемиологических наблюдений Мосинг подтвердил это положение. Он показал, что при наличии у заболевшего болезнью Брилла-Цинссера педикулез, такой больной может стать источником инфекции. Возбудитель от него может передаваться вшами окружающим лицам, вызывая у них не спорадические, а классические эпидемические заболевания и в дальнейшем эпидемии. Относительно такого механизма возникновения эпидемических заболеваний Мосинг отмечал: Концепция Мосинга, которая противостояла официальной советской доктрине, что обещала немедленную ликвидацию эпидемического сыпного тифа в СССР, была подвергнута жестокой критике со стороны сторонников классического взгляда на эпидемиологию болезни. Самую большую ярость вызвала приведенная рецидивная гипотеза Цинссера. Ссылки на иностранных авторов в те времена, когда велась непримиримая борьба с космополитизмом, воспринималась крайне негативно. Дело могло обернуться репрессивным преследованием, но этого не случилось. Противники Мосинга в своих многочисленных критических статьях яро набросились на него. Но он был стойким к нападающим, отвечал оппонентом искренне и вежливо, поэтому его многолетний противник Лев Васильевич Громашевский отметил, что «научные взгляды Генриха Станиславовича приводят его к сумасшествию, но как в человека он в Генриха Станиславовича — влюблён».
Мосинг озвучивая свою концепцию ликвидации сыпного тифа, был хорошо подготовлен к развитию событий, видел перспективу дальше, чем его современники. Будучи не только эпидемиологом, но и прекрасным клиницистом, он заранее оценил ситуацию и пришел к выводу, что выявление спорадических форм сыпного тифа будет составлять значительные трудности для практикующих врачей, несмотря на распространённый атипичный, легкое или средней тяжести течение заболеваний. Согласно концепции Мосинга окончательная ликвидация эпидемического сыпного тифа в СССР имела осуществится тогда, когда демографические процессы привели бы к полной элиминации носителей персистентной инфекции. Учитывая все это, он еще в начале 50-х годов определил главные направления научных исследований по проблеме сыпного тифа и установил, что для максимально полного выявления спорадических заболеваний следует использовать возможности лабораторной диагностики. Поэтому постепенно события развивались в направлении, указанном Мосингом. Согласно его концепции, в СССР была создана действенная система противоэпидемических мероприятий, направленная на недопущение возникновения новых случаев эпидемических заболеваний эпидемическим сыпным тифом.
Эффективного воплощения своей концепции Мосинг достиг благодаря разработке чрезвычайно удачной, доступной для широкого практического использования реакции макрогаллюцинации риккетсий Провачека, которую назвали реакцией Мосинга. Этот простой в исполнении и оценке учёта результатов высокоспецифичный и чувствительный диагностический тест нашел широкое применение, в том числе и в сельской местности в тех районных лабораториях, которые в послевоенные годы возглавляли только лаборанты, а не врачи-бактериологи. Проработан Мосингом метод использовался непосредственно в больницах, давал возможность быстро и максимально полно выявлять случаи заболеваний эпидемическим сыпным тифом, включительно с атипичными, стертыми формами. Реакция Мосинга дала возможность решить вопросы лабораторной диагностики сыпного тифа, не прибегая к попытке решить эту задачу с помощью существующих на эти времена сложных по технике исполнения, несовершенных других реакций. Следует отметить, что лишь культивирование риккетсий по методу Вейгля дало возможность получить такой совершенный диагностикум, поскольку другие известные технологии для этого непригодны. Применение теста Мосинга вошло в перечень обязательных к выполнению мероприятий борьбы с эпидемическим сыпным тифом на территории СССР.